Линдси Лохан: «Я стала еще одной избитой женщиной»

Британская актриса прилетела в Москву специально, чтобы дать интервью программе «Пусть говорят» Андрея Малахова. Woman's Day публикует текст беседы для тех, кто пропустил программу по ТВ.

Фото
кадр из программы «Пусть говорят», Первый канал

Интервью, посвященное весьма болезненной для актрисы теме расставания с ее русским бойфрендом, проходило не как обычно, в студии, а в отеле.

— Я знаю, как непросто было тебе решиться на интервью, – начал разговор Андрей. — И то, о чем мы будем говорить, шокирует многих. Мы сидим один на один в номере гостиницы, где, наверное, будет легче выразить свои эмоции и рассказать о том, что произошло в твоей жизни за последний год.

— Спасибо, что пригласили в Москву, – начала свой рассказ Линдси. — У меня хорошие воспоминания о России, когда я еще приезжала одна. Еще до того, как я с ним познакомилась. Мне через многое пришлось пройти в жизни, и мне ничего не остается, кроме того, чтобы признать и осознать, что и другие женщины проходили через это. Кроме того, в благотворительном фонде я работаю с детьми, которым пришлось терпеть жестокое обращение. Так что мне еще повезло, что я приехала в Москву и могу говорить, – кому-то другому, возможно, приходится прятаться, не имея возможности сказать кому-то, что происходит.

Когда мы любим человека, мы стараемся делать все возможное, чтобы удержать его, но это очень непросто. Мы думаем: как же мы будем, если он уйдет? Но мы забываем, что у нас есть своя жизнь. Для меня это было крайне неприятно: я стала еще одной избитой женщиной, которой не хочется в этом признаться. Жизнь такая, какой ты ее создаешь. Люди, с которыми мы связываем свою жизнь, – мы их сами выбираем. Иногда в отношении любви и жизни не осознаешь, что получится дальше. Я долго жила под прицелом камер. 27 лет своей жизни я открывалась перед людьми, была с ними честной и никогда не пряталась, никогда не отказывалась от того, что делала, – правильного и неправильного. Я всегда была самой собой, но влюбиться – это совсем другое, это дело личное, а когда ты на публике, к этому трудно привыкнуть. Я попала в эту ловушку. Может быть, происходило все слишком быстро.

— Было ощущение, что ты пыталась забыть всех своих знаменитых ухажеров и попытать счастья с простым, но богатым русским парнем. Что привлекло тебя в Егоре?

— Это очень приятно – чувствовать себя в безопасности рядом с кем-то, кто не является публичной фигурой, кто не пользуется «Твиттером» и «Инстаграмом». Ничего публичного, все очень личное. Может, именно с этого и началась любовь – он очень непубличный человек, и это меня привлекло и вызвало уважение.

Когда я жила в Лос-Анджелесе, то не могла выйти из дома – все время была под вниманием журналистов. Я не жила – целый день сидела дома, мне было скучно и плохо. Потом я переехала в Лондон, моя жизнь наладилась, я встретила Егора и отдала ему всю себя, а в итоге меня это только погубило – я стала слабой, неуверенной и испуганной.

Я впервые встретила Егора в компании друзей. Мы встречались несколько раз в Лондоне, все было очень непринужденно. Очаровательный, очень симпатичный молодой человек, открытый и честный. Поначалу не было никакой информации, кто он, и это было странно.

Фото
Getty Images

— Я знаю, что тебе непросто рассказывать об этом, поскольку у тебя неплохие отношения с родителями Егора…

— Я сначала познакомилась с его отцом. Он отнесся ко мне очень любезно. Были, конечно, другие вопросы ко мне – я об этом не буду говорить. Но они видели, что их сын менялся. Дело в том, что мне сейчас 30, а ему – 23. У меня уже было все, и я указывала ему, что делать. Представьте: я – 30-летняя женщина обеспечивала 23-летнего парня, который не работает. В конечном итоге из-за чувства вины один человек ударил другого. Для этого нет никакого объяснения. Я стала такой, как моя мать, а моей матери пришлось многое терпеть от моего отца. Моя мать и моя сестра заметили это – мне нужно было замазывать синяки. Так бывает, любовь иногда заставляет вести себя странно. Это не означает, что он плохой человек. Это означает… я даже не знаю, что он говорил в оправдание. Говорил мне: я хочу защищать, я хочу чувствовать, хочу быть честным, и я никому не хочу делать больно.

— Но он же сделал тебе предложение и подарил обручальное кольцо?

— Нет, я сама подарила себе обручальное кольцо… Это действительно болезненный момент – я сама разговаривала с его отцом о том, что Егор ничего не делает, и сама пыталась оказать ему поддержку. Меня очень раздражает, что все думают, что этот парень давал мне летать на своих частных самолетах. Нет же, мои друзья пользуются специальным мобильным приложением, с помощью которого на частный перелет можно взять попутчика. Я им пользуюсь и сама оплачиваю перелеты. Я оплачиваю еще один дом – не думайте, что все оплачивали его родители. Нет, меня уважают люди, но как совладать с чем-то, что имеет горький вкус, как будто ешь перец? Он обжигает, но ты ничего не можешь сделать – и я не могла больше терпеть это. Очень больно говорить «прощай», когда любишь, поэтому ты не обращаешь внимания на какие-то вещи и видишь только хорошее. Это очень неприятно – ты хочешь защитить мужчину, но как дальше жить, если мужчина говорит: «Я тебя потом убью». Что делать? А для меня все по-другому – я публичный человек, я не могу молчать, у меня в жизни такого не было. Может быть, моей маме приходилось с таким сталкиваться. Очень больно. Может быть, достаточно было, чтобы человек просто извинился…

— То есть за все это время он так и не сказал тебе «прости»?

— Нельзя заставить человека пить, если он не испытывает жажды. Если человек не может осознать свои ошибки, то как он может исправить их. Это невозможно.

У меня был непростой период в жизни (актриса имеет в виду проблемы с алкозависимостью. — Прим. Womans Day), поэтому я приехала в Лондон, чтобы начать новую жизнь. Выйти замуж, завести детей, быть актрисой – я переехала, чтобы подумать обо всем этом. И в процессе этого у меня произошел перелом – я познакомилась с благотворительной организацией, когда мне было уже 30 лет. Я раньше не хотела заботиться о ком-то, а только о самой себе. Но на самом деле вы можете любить себя только тогда, когда вы любите кого-то еще. В Лондоне я играла в театре и чувствовала себя спокойно. С Егором я познакомилась меньше чем полтора года назад. Мы вели очень уединенную жизнь, наши отношения так плотно переплелись, что породили стресс. Но не это меня испугало, поскольку почти никто не знал, что я жила в Лондоне. Но неожиданно все узнали, что я в Лондоне и все из-за одного человека.

— Когда ты почувствовала, что он использует твою популярность в своих целях?

— Я не могу говорить за другого человека, не знаю… Честно говоря, меня очень ранит, когда в таблоидах, я их обычно не читаю, но он читал мне их, и его это очень возбуждало, что писали о русском парне-мультимиллиардере, который сейчас с Линдси Лохан. Для меня это выглядело следующим образом: моя жизнь в Лондоне в течение четырех лет была такой частной, а этот парень, который буквально вчера сделал мне предложение, предает меня публичности каждую секунду. Я думаю, тем, кто подкармливает общественное внимание, – им это очень нравится. И это очень пугающий фактор в отношениях. Я 27 лет была на виду, и куда бы я ни отправилась, всюду преследовали папарацци. А я хочу, чтобы меня не трогали. Моя жизнь – это моя жизнь, и сейчас я хочу детей, хочу заниматься фильмами и бизнесом. И он использовал мою частную жизнь, воспользовался этим. А потом сделал мне предложение, но я купила себе кольцо сама.

— Сложно себе представить, что ты, такая интересная, сексуальная, платила по счетам за молодого парня…

— Потому что так проще. У него нет денег, так что же мне остается делать? Я работаю с тех пор, как мне исполнилось три года. 27 лет я сама о себе забочусь, так что, если у меня с кем-то отношения, я не собираюсь кому-то доказывать, что у человека, в которого я влюблена, дела идут не так гладко. Но в этом и моя ошибка, поскольку я не заняла такую позицию и не сказала: делай что-то, потому что я не могу делать все одна. Так что это моя вина, я несу за это полную ответственность.

Фото
Splash/Gallo Images

— Кто снял это видео, где ты кричишь на балконе и вы ссоритесь?

— Это школьники. Мы вместе жили, вместе платили за дом, вместе оплачивали счета. Я была дома, спала. А он ворвался в дом и начал меня душить. Я выскочила на балкон, и все это происходило там, я изо всех сил кричала. И два человека засняли это и вызвали полицию. Уже при первых признаках я должна была положить этому конец, просто мне очень трудно сказать «прощай». Я не могу уйти раньше, чем меня бросят. Я пытаюсь помочь человеку, наладить его жизнь, а потом происходит то, что происходит. Какое-то время я думала, что он хороший человек. Стыдно признаться, но мое рациональное сознание отключилось. И я сама говорила на следующее утро «прости», просто чтобы сохранить покой, ведь это просто – сказать «прости».

Более всего для меня невыносимо то, что я действительно люблю его, его мать и отца. Я была бы рада, если бы они общались со мной, я хотела бы уважительных отношений. Я чувствую, что меня просто использовали – я первый раз в таких отношениях, когда меня били. И это для меня больная тема, поэтому я и чувствую себя так неуверенно. И это страшно. Я не хочу, чтобы в моей жизни происходили такие ситуации, я не жертва, я сильный человек.

Я знаю много русских парней, отличные ребята. То, что он так со мной обращался, не значит, что он плохой человек – может, у него просто свои проблемы. Я несколько раз была в России, и я знаю нескольких русских мужчин, очень хороших, сильных, сердечных, которыми я восхищаюсь. Поэтому я не скажу, что это был «русский парень», нет – просто парень. Потому что большинство русских мужчин, которых я знаю, никогда бы так не поступили.

Я приехала в Россию, и сразу пресса заявила, что я хочу встретиться с Путиным, что я хочу селфи. Нет, я этого не говорила. Я просто хотела безопасно добраться сюда, поскольку мне казалось, что Егор может плеснуть кислотой мне в лицо. Мне хотелось встретиться с Путиным, потому что я знаю, что он занимается благотворительностью, и я хотела создать благотворительную организацию против торговли детьми и сделать этот мир чуточку лучше. Вот почему мне хотелось встретиться с Путиным, потому что я уважаю его как личность, потому что он настойчив в своих действиях, и я этим восхищаюсь. Но в прессе все перевернули с ног на голову, но такова история моей жизни – так всегда происходит.

Фото
@egortarabasov

— А что происходило на той вечеринке?

— На вечеринке в честь моего 30-го дня рождения мы немного повеселились, потом он на какое-то время исчез. Там были мой брат и сестры. Я ушла домой и легла спать – из-за этого он пришел в ярость. И это не было лучшей частью моего дня рождения – я хотела отметить дома. Я благодарна за ресторан, за все, что он сделал, но то, что произошло после этого, было кошмаром. И вся следующая неделя была кошмаром. На следующее утро мой брат и мои сестры перебрались в отель и сказали, что, если я не уйду с ними, они перестанут со мной разговаривать, поскольку не собираются наблюдать, как мужчина так со мной обращается.

Это ужасно, об этом тяжело говорить. До этого я не давала интервью по этому поводу, потому что не могла, тяжело это все видеть на обложках журналов через месяц после моего дня рождения, это было невыносимо. Моя мама, которой я ничего не говорила, мои сестры не знали, что произошло в тот день. Просто видеть все это, это задаваться вопросом: «Линдси, что с тобой не так? Уходи отсюда!» Но в этот момент становилось тяжело – ты вспоминала лицо человека, которому признавалась в любви: как? просто сказать «прощай»?

— Трудно ли тебе было вернуться домой и увидеть квартиру, в которой все напоминало о вашей совместной жизни?

— Нет, это мой дом. Он оформлен на мое имя. Мы там были вдвоем, но платила за все я. Его отец много за что платил – за него. Но в основном я. Некорректно считать, что все было на нем, так как он сын русского миллиардера.

— Но вы собирались жить вместе, а в соцсетях ты написала, что он проводит время с какой-то русской девушкой…

— Даша – моя подруга, честно говоря, я очень переживаю по поводу того, что произошло между мной и Дашей. Я была зла на нее, она знала, что происходит между мной и Егором, и она была с ним сразу после того, как он совершил, так сказать, насилие. Когда я ей писала, он кричал на меня. Все эти соцсети – раньше бы никто ничего не узнал, так что я очень на нее рассердилась и наговорила лишнего, это было неправильно. Но это было как раз то, чего Егор добивался, – убрать всех из моей жизни, моих друзей. И она была тем, кого он хотел убрать, он воспользовался, чтобы потом выкинуть ее, мою подругу из моей жизни. Я вела себя так по-детски. Она об этом знает, мы об этом с ней говорили. Но это никому не дает права поднимать руку на другого человека – это совсем неправильно.

Я люблю его родителей, но они слишком легко отнеслись к тому, что он сделал, – разве ударить женщину - это пустяки? Честно говоря, я чувствую себя очень неспокойно последние несколько месяцев – трудно чувствовать себя нормально, если у тебя синяки на ногах. Мои друзья увезли меня в путешествие, чтобы отвлечь. Я была испугана, я не драматизирую, но мне потребовалось время, чтобы признать то, что я раньше игнорировала, – эта ситуация вызывает боль у моей семьи. Я это вижу по настроению у себя в доме. Это тяжело, но так не должно быть. И на самом деле, когда мы разговариваем, это помогает – это выходит, потому что я раньше не могла говорить об этом. Может, я не буду говорить об этом вечно, но пока это живет во мне. Я бывала в разных ситуациях, и в этом нет смысла – просто сидеть и ничего не говорить.

— Ты удалила номер телефона Егора из своего мобильного?

— Нет, я не такая, я не тот человек, который сжигает мосты. Если ты делаешь что-то плохое, я не могу изменить то, как тебя воспитывали, как ты к этому относился и как ты этим теперь пользуешься. Я могу исходить только из намерений человека при начале отношений. И если намерения нечисты, а я этого не распознала, то я думаю, что это моя вина. Если ты будешь так поступать, я никогда не буду давать сдачи, я не такая, я так не смогу. Я хочу, чтобы все были счастливы, мне нравится отдавать свою любовь другим. Ты можешь увидеть это в моих фильмах, в которых я снималась, – мне нравится сниматься в фильмах, которые приносят людям радость. Герои, которых я играю, могут быть в темноте, но всегда стремятся к свету.

Когда я сама попадаю в такие ситуации, то становлюсь очень слабой и стеснительной. Вы и сами видите, что сейчас я волнуюсь, такой у меня характер, я интроверт, по гороскопу Рак. Мне нравится сидеть в моей раковине, я там чувствую себя в безопасности. Есть только два варианта – можно сидеть и жалеть себя, быть жертвой, и другой вариант – ты можешь подняться над ситуацией и помогать другим людям. Признай, что случилось, оберни это себе на пользу, используй свой опыт и поделись им. Если человек ударил кого-то раз, то он может ударить еще и кого-то другого. В этом проблема. Есть любовь, но такие проявления ярости пугают. Так что теперь его жизнь – это его жизнь. Я надеюсь помочь каждой девушке, которая оказалась в похожей ситуации и нуждается в поддержке. Все люди, какие только есть в мире, должны знать, что мы все равны. Все мы дети того бога, в которого верим.

— Тебе не обидно, что твой папа комментирует ситуацию, не занимая твоей позиции?

— Мой отец и Егор общаются все это время, из-за этого я не разговариваю со своим отцом. Он общается с Егором, а не со мной. Вот почему я так отношусь к прессе и соцсетям – люди могут заниматься домыслами, строить предположения и заявлять все, что придет им в голову. Главное – привлечь внимание. За последние четыре года я делала все возможное, чтобы вывести мою жизнь на новый уровень. Я не хочу, чтобы эта история с Егором стала препятствием на моем пути – я этого не допущу. Я очень много работала в своей жизни, я очень понимающая и разумная женщина. Никто не может оторвать меня от того, что я делаю, от моего мира, семьи, работы с детьми. Я прошла в своей жизни достаточно, чтобы понимать, чего я хочу в жизни – я хочу быть хорошей матерью и быть такой, какая есть. Я знаю, что я скажу в будущем своим детям, а что буду запрещать.

— Мне кажется, ты будешь хорошей матерью.

— Да, безукоризненной. Девой Марией (смеется). Я буду рада тому, что даст мне Бог. Я хочу основать свою благотворительную организацию, выпустить свою косметическую линию, сосредоточиться на своем бизнесе. Я всегда была в душе ребенком, но при этом я сейчас взрослая женщина, и я понимаю свою ответственность. Мне не надо ничего себе доказывать. Я знаю, на что я способна, я отличная актриса и прекрасно справляюсь со своей работой.

Комментарии

0
под именем