Выйти из любовной зависимости

Светлана пришла на консультацию, чтобы избавиться от своей зависимости. Ей 40 лет, она не пьет, не принимает нар-котики, но чувствует себя настоящей наркоманкой: «Я не могу себе и дня представить без Вадима. Стоит ему уехать на выходные на встречу с детьми от первого брака, и я уже плачу, чувствую себя никому не нужной… И постоянно звоню ему. Такой страсти я не пожелаю никому». Если даже отсутствие любимого трудно вынести, то уж мысль о том, что он может разлюбить, для зависимого человек невыносима, а уход партнера становится катастрофой. Любовь превращается в силу, которой нельзя управлять. «Я хочу, чтоб он любил меня до смерти, – заявляет 34-летняя Ольга, – а иначе пусть лучше умрет».

Причастие Тристана и Изольды

«Сила любви уже влечет вас друг к другу, и никогда с этих пор вы не по-знаете радости, не познав боли… По моей вине из этого кубка вы испили не только одну любовь, но страшную смесь любви и смерти!» – сокрушалась служанка о Тристане и Изольде, которые по ее ошибке вкусили любовное зелье. Американский юнгианский психоаналитик Роберт Джонсон (Robert A. Johnson), анализируя эту легенду – одну из самых трогательных и прекрасных историй о красоте и боли страстной любви, – проводит аналогию между силой этого чувства и переживанием религиозного экстаза. «Мы ищем в романтической любви не только земной любви и человеческих отношений. Мы ищем в ней религиозные переживания и страстное стремление к постижению своего внутреннего мира»*. По мнению Джонсона, страстная любовь, как и истовая вера, способна на время освободить нас от противоречий и сомнений и, словно путеводный маяк, осветить нашу жизнь, придав ей цельность и определенность, подарив нам возможность подняться над уровнем повседневности.

* Р. Джонсон «Мы», Когито-Центр, 2005.

Выйти из любовной зависимости

* Валентина Москаленко – специалист по работе с зависимостями, автор книг «Когда любви слишком много» (Психотерапия, 2006) и «Зависимость: семейная болезнь?» (Пер Сэ, 2006), ведущая психотерапевтических групп и семинаров в Институте психотерапии и клинической психологии.

Удушающие объятия

Любовная зависимость, как и другие аддикции, заставляет человека стремиться к объекту страсти, забывая при этом о себе. Одержимый любовью человек нередко не в состоянии позаботиться о себе самом: плохо ест, плохо спит, не обращает внимания на свое здоровье. Пренебрегая собой, всю жизненную энергию он тратит на партнера… тем самым заставляя того страдать. Все внимание, все мысли и чувства сосредотачиваются на нем и только на нем, все остальное кажется бессмысленным и скучным. «Зависимые люди не могут определить границы личности, они захватывают любимого человека, не оставляя ему свободного пространства, – рассказывает Валентина Москаленко. – Когда любовь превращается в полный контроль над партнером, это мешает развитию полноценного сексуального и любовного союза». Нередко встречается зависимость от партнера, который(ая) с самим влюбленным(ой) обращается плохо. Вопреки сложившемуся мнению, риску стать жертвой такой страсти подвержены все: мужчины и женщины, молодые и зрелые, богатые и бедные. Другой случай – когда бурные эмоции вообще становятся смыслом существования. Такой человек буквально «падает» в любовь. Этот прыжок нередко вызван потребностью приглушить ощущение бессмысленности жизни. «Все то, что относится к повседневности, становится невыносимым, – считает Валентина Москаленко. – Человек живет только ради этого прыжка». У этих двух ситуаций общий знаменатель – страдание, порождаемое зависимостью.

Выйти из любовной зависимости

Шаги к освобождению

Психотерапия слишком сильной любви применяет принцип средневекового врача и алхимика Парацельса: все – яд, все – лекарство, то и другое определяет доза. Иначе говоря, умеренное употребление полезно, но злоупотребление вызывает катастрофические последствия. «Как это ни парадоксально звучит, не стоит любить слишком сильно, – говорит Валентина Москаленко. – Обратите внимание на песни о любви: во многих текстах превозносится модель зависимых отношений. Например, классическое «На тебе сошелся клином белый свет». Понять, что такое восприятие любви и такое отношение к любимому человеку разрушительно для обоих, признать собственную зависимость от партнера – трудный, но необходимый первый шаг к излечению».Следующий шаг – пробуждение чувств и налаживание отношений с собой. «Во время терапии я чувствовала себя холодильником, который наконец разморозили, – говорит 36-летняя Анастасия. – Вдруг подняла голову и увидела: кругом люди!» «Психотерапия помогает человеку осознать, кто он, куда движется в жизни и кто ему нужен в качестве попутчика, – поясняет Валентина Москаленко. – Ведь зависимый человек часто живет словно под анестезией, все его чувства подавлены, потому что они слишком болезненны». Разобраться с давними переживаниями и обратить внимание на сегодняшнюю ситуацию – задача третьего шага. Часто обнаруживается, что подавленные чувства имеют отношение к детскому опыту: любовно зависимый человек стремится к неким идеальным отношениям, которых ему не хватало в детстве. Ребенок мог испугаться того, что его бросили (родители вышли в магазин), ведь ему не объяснили, что они ушли ненадолго и обязательно вернутся. Если родители считали себя жертвами обстоятельств, сами были зависимы – от любви, алкоголя, от чего угодно, то они не могли научить детей нести ответственность за свою жизнь.В иных случаях родители просто не давали нам достаточно любви и ласки, и теперь мы все силы тратим на то, чтобы восполнить этот недостаток любви. «Но не надо думать, что в этом случае вы будете мучиться всю жизнь, – говорит Валентина Москаленко. – Взрослый человек способен справиться со своей любовной зависимостью: задуматься о том, по-чему отношения заставляют его страдать, перестать обвинять себя и понять, что он достоин любви – такой, какой он есть».

Плавное сближение

Противоположность зависимости – не абсолютная свобода и не изоляция. Во время психотерапии люди учатся строить отношения, которые развиваются постепенно – начиная с влюбленности, через постепенное сближение и развитие доверия. Важно, чтобы каждый партнер двигался навстречу другому со своей скоростью, в отличие от ситуации любовной зависимости, когда человек мгновенно сокращает дистанцию и «приклеивается» к возлюбленному. «Психологическая выгода зависимого человека в том, что он полностью перепоручает другому заботу о себе: «Мне жилось плохо, а теперь ты будешь меня любить», – комментирует Валентина Москаленко. – Но никто извне не может сделать нас счастливыми. Ключи к настоящему счастью мы можем найти только в самих себе».

Жажда жертвы

В зависимость люди попадают не только от нежных, любовных отношений. Обратный (и не менее частый) случай – зависимость от жестокого, грубого партнера. Марина перед работой тональным кремом замазывает синяки и думает: «Конечно, при моей фигуре… А ведь на самом деле он хороший…» Анатолий привычно сутулится при очередном окрике жены, вздыхая про себя: «Конечно, при моей зарплате…» Жить в невыносимых отношениях, терпеть унижения и даже побои, но при этом обвинять себя – такое поведение характерно для тех, кто в детстве страдал от холодности и суровости родителей. «Если человеком движет желание заполнить ту давнюю душевную пустоту, то никакое, даже жестокое обращение не в силах его отрезвить, – говорит Валентина Москаленко. – Его чувства (словно устами родителей) говорят ему: «Ты заслужил, ты сам виноват». «Те, кто впадает в зависимость от «жертвенного» положения, невольно выбирают себе именно агрессивных партнеров, параллельно провоцируя их на унижающее, жестокое поведение, – добавляет транзактный аналитик Вадим Петровский. – Чтобы освободиться от такой зависимости, прежде всего необходимо осознать свое (заложенное в детстве) стремление к страданиям, чтобы прекратить общаться с партнером с позиции жертвы».