Михаил Веллер: Актер и его единственная любовь

Писатель поделился отрывком из готовящегося к выходу романа «Бомж». Несмотря на брутальное название, книга - о любви.

Фото №1 - Михаил Веллер: Актер и его единственная любовь
Фото
Настя Забродина

Она, чье имя не будет названо, ибо оно широко известно сегодня, была в юности неслыханной красавицей. У нее были белокурые волосы, голубые глаза, точеная фигурка и живой насмешливый нрав. А Актер учился с ней в одном классе и даже один год, в шестом классе, они сидели за одной партой. И он давал ей списывать контрольные, потому что хорошо учился. Носил за ней портфель и дрался из-за нее.

А на выпускном вечере они признались друг другу в любви и впервые поцеловались. И поклялись принадлежать только друг другу. Вот такие бывают девушки на свете.

И она уехала в Москву поступать в театральный институт. А он ушел в армию. И писал ей письма каждый день, в любых условиях.

– В караул заступишь – много-то не попишешь, – сомневается Федя, но мы шикаем на него.

Мы сыты и в тепле, горит огонек, спать еще рано, все условия для культурной программы. И Толян выдает свою душераздирающую мелодраму. Театральное прошлое сказывается, Актер он и есть Актер – голосом так и играет, то дрожит, то прямо басом раскатывается:

– Когда он пришел из армии, оказалось, что она его не дождалась и вышла замуж за одного знаменитого режиссера, в два раза старше ее, тот развелся из-за нее с третьей женой. И она написала, что просить ее простить, но раньше было просто школьное увлечение.

Но он устоял на ногах и сжал зубы. Он написал, что прощает ей все, но все равно она будет принадлежать ему. И тогда он наметил цель своей жизни. И железной походкой двинулся к ней.

Он поехал в Москву и поступил в тот же театральный институт, тоже на актерское отделение, в класс Михаила Ромма, а это был лучший театральный педагог в мире, ученик самого Станиславского. У него оказался талант, его стали приглашать на кинопробы. В конце концов его возлюбленная согласилась поужинать с ним в самом знаменитом в Москве ресторане «Националь», а он заранее снял люкс в гостинице над рестораном, и они провели ночь любви. И утром она плакала и умоляла простить ее за режиссера, а любила она всегда только его.

Негодяй со связями, знаменитый режиссер, добился отчисления из института их обоих. Но они ни о чем не жалели. Они рука об руку вернулись в родной город, и их тут же взяли на первые роли в городской театр. И дали лучшие роли – таким актерам, с такой школой, из лучшего института в стране! И дали двухкомнатную квартиру. И они были счастливы.

А через полгода она изменила ему с итальянским тенором. Это был оперный певец из театра «Ла Скала», и она не устояла. И тогда он впервые ударил любимую по лицу, она рыдала и валялась в ногах. А через год оказалось, что она любовница губернатора.

Бороться с этим оказалось невозможно. Она была красавица, она была прима, ее все добивались. Ангел оказался демоном. Деньги и слава растлили ее.

А он все терпел. Она перестала его жалеть, стала им тяготиться, насмехалась над ним. Он терпел, умолял ее; он стал пить. Несколько раз он избивал ее, только чтоб не по лицу. И она сносила это молча и говорила, что он имеет на это право.

Она перестала с ним спать. Стала презирать. Говорила, что он тряпка. А он не мог без нее жить.

А ее он все равно не может забыть и продолжает любить. И он только хочет скорее умереть и на небе дожидаться любимой, потому что там, в том мире, есть справедливость, и любовь, и счастье, и верность.

– Кому ты мозги крутишь, Ромео, – заржали ребята: подло так, гнусно заржали. – Все пацаны давно знают: не учился ты ни в какой Москве, не играл никаких ролей, не был женат ни на какой красавице! Ты так – рабочий сцены или как там это в театре. Что ты все понты кидаешь, тебе че, десять лет?

– Ладно, – говорит Актер как трезвый. – Ни в любовь, ни в верность, ни в чистоту никто сейчас не верит…

Я и в прежней жизни был урод, и в молодости был урод. Вот такой уродился. И в школе был двоечником, и во дворе мне пенделей давали. И в старших классах стали пацаны с девочками ходить, а на меня-то кто посмотрит. Да у меня и смелости не хватало подойти и предложить там погулять или чего. Кто с таким пойдет, чего на издевку нарываться. И денег у предков не было, чтоб хоть прикинуться нормально. Батя бухал… ну, как положено.

Из армии вернулся – куда идти? Даже на стройку подручным и то места заняты. А тут батя помер. Пришел выпивший, лег и утром не проснулся. Хоронить надо.

Фото №2 - Михаил Веллер: Актер и его единственная любовь
Фото
Настя Забродина

С работы тоже его пришли. А он в театре нашем работал. Рабочим сцены. На поминки поехали к нам после кладбища из них тоже несколько человек. Слова, как положено; помянули. А мать к ним подкатилась – сына, значит, не возьмете на место отца? Он же у вас столько лет проработал.

Короче, взяли меня на это место. Работа не бей лежачего. Но скучно – они старики все, четыре человека еще. Плюс плотник, пожарный, вахтерши-старухи.

А она… в общем… актриса. Молодая. Довольно так ничего. Как-то проходит мимо за кулисами – посмотрела так: «Вы здесь работаете? Недавно? А я раньше вас не видела».

И – все. Запал я. Глаза ее серые как вспомню, голос как услышу – и думать больше ни о чем не могу.

Он прикасался к ней только на сцене, и публика аплодировала его страсти и отчаянью и ее стыдливости и внутренним терзаниям.

Наконец, он застал ее с очередным любовником прямо в квартире, в супружеской постели. И понял, что больше не может оставаться в этом доме. И не может ее видеть. И никогда уже не переступил порог этого театра. Все в душе выгорело и обрушилось. Все кругом сделалось для него нереальным. Он ушел из дома в чем был и всю ночь бродил но пустынным улицам.

А наутро продал ювелиру на базаре свое обручальное кольцо и купил водки. Потом он продал часы, ну и так далее. Стал бездомным, отверженным всеми нищим пьяницей.

А как ухаживать? С моими-то данными? Ни вида, не денег: ноль я.

С получки купил ей букет и вручил. А она засмеялась: «Так ведь сейчас не после спектакля», – говорит. Но вот стали мы с ней иногда при встречах разговаривать. А что разговаривать? Она скажет что-нибудь, а я мычу и головой киваю. А сам спектакли стал слушать. Учиться красиво разговаривать, как у актеров по роли. Н-ну… преуспел, может, не сильно…

Ребята надо мной уже посмеиваются. Влюбился. Советы подают. Мол, эти актеры, они же прямо в гримерках того. А я про то и знать даже не хочу.

Это чуть не год продолжалось. Она в общаге жила, в многосемейке в комнате, я ее стал ждать через улицу и на репетиции провожал. Но не слишком часто, чтоб не надоедать. А после спектаклей они вместе все уходили и уже потом расходились по улицам, куда же мне.

Короче, понял я, что как ни верти – а все одно говорить ей все надо. И вот однажды в перерыве репетиции подошел к ней так, отозвал в сторонку, и все сказал.

Ну, чего тут говорят? Что люблю. Жить без ее не могу. Понимаю, что ее не стою. Но прошу выйти за меня замуж. Буду преодолевать любые трудности. На руках ее носить. В бизнес пойду, поднимусь. Она еще сможет мной гордиться. О детях мечтаю. Буду хорошим отцом.

Она погрустнела так, посмотрела на меня… это мало у кого такое счастье – чтоб любимая женщина на него вот так посмотрела, после этого и умирать можно. Было это, был этот ее взгляд! А потом взяла меня за руку – сама взяла, в первый раз, это представляете! – и сама назначила мне свидание. Я ничего не соображал от счастья, не верилось, и только гордился собой: что я чего-то стою, да еще ого-го, и как я умно поступил и характера мне хватило, что сам ей раньше даже не пытался свидание назначить! А вот теперь она сама мне первая свидание назначает, после того как я ей в любви объяснился и замуж предложил. Так-то!

Я наодалживал у ребят и по соседям: джинсы модельные «Прожект», куртку из тонкой кожи, свитер кашемировый, кроссовки новые «Адидас» – и часы «Ролекс», гонконгская штамповка, но кто за метр различит.

Днем в кафе пусто, я пришел с цветами, заказал кофе, пирожных и бутылку шампанского. Душа – летает!

А она положила свои тонкие пальчики на мою руку и говорит:

– Толя, простите меня, вы хороший человек, и я скажу вам прямо. Я не могу выйти за вас замуж.

Я – ничего не понимаю. Что значит «не могу»? В каком смысле? Какое у нее тайное препятствие? Она уже замужем, что ли? Так я бы уже знал, не может быть.

– Почему же это? – спрашиваю я очень по-доброму. Типа утешаю – ничего, разберемся.

– Потому что я не смогу вас полюбить.

– Почему же это? – стараюсь я убедить, что все будет хорошо. Меня уже несет, я уже привык к мысли, что все у нас будет.

– Господи, ну как вам сказать: ну потому что как мужчина вы мне не нравитесь.

– Почему же это? – Я уже как идиот, меня заклинило.

– Ну я же не виновата, правда? Потому что мне нравятся другие, потому что вы не в моем вкусе, потому что меня к вам не тянет, ну что ж поделаешь...

– А если потянет?

– Не хочу я зря подавать вам надежду. Девушек на свете много, ну что во мне такого особенного.

Комментарии

0
под именем