Екатерина Андреева: «Я умею управлять гневом»

Не одно поколение выросло на программе «Время». 1 января исполнится полвека, как она выходит в эфир. Почти 20 лет из них ее лицом считают Андрееву. О людях, с которыми она трудится бок о бок на протяжении этих лет, и своих правилах жизни телеведущая поделилась с «Антенной».

Я стала смотреть программу «Время» достаточно рано – родители узнавали из нее новости. Пока не загоняли спать, я, в надежде увидеть фильм, который показывали позже, сидела у телевизора. У меня даже появились свои фавориты среди дикторов. Мне нравились Игорь Кириллов, Аза Лихитченко, Татьяна Веденеева, Ангелина Вовк, Вера Шебеко, Анна Шатилова, Алла Данько, Инна Ермилова, Татьяна Ромашина, Татьяна Судец и Галина Зименкова. Я была маленькая и могла всех не запомнить. Многих из них я застала, когда уже пришла работать на телевидение.

Фото
Иван Куринной

Главным моим учителем в профессии стал Игорь Леонидович Кириллов. Он преподавал в первой Школе телевидения, куда я прошла по конкурсу. Помимо азов мастерства Кириллов научил меня многим важным вещам. Первое – если у тебя партнер в кадре, никогда не тянуть одеяло на себя, взаимодействовать в паре. Второе – работать на зрителя, представлять кого-то конкретного и обращаться к этому человеку. «Научишься одному рассказывать интересно, – говорил Игорь Леонидович, – тебя будут слушать все». Третье – понимать, что телеведущий – только вершина айсберга, а за ним огромная команда людей, на которых он опирается. Программу «Время» по очереди готовит отдельная бригада, в составе которой шеф-редактор, редактор, режиссер, несколько его ассистентов, звукорежиссер, редактор суфлера, три оператора. И таких бригады две, на каждую неделю своя. А еще корреспонденты, монтажеры, звуковики… Это огромная индустрия. И если не испытывать чувство благодарности к тем, от кого зависит твой результат в кадре, обижать их, не давать творчески реализовываться, рано или поздно ты обречен рухнуть с вершины этого айсберга.

Думаю, следование этим принципам и помогло достигнуть успеха и Кириллову, и мне тоже. Игорь Леонидович востребован и сейчас, хотя у нас в России до сих пор не привыкли, что человек в возрасте может оставаться в профессии долго, порой в 40 лет уже списывают со счетов. К счастью, у Кириллова, а ему уже 85 лет, судьба другая. Как и у Калерии Венедиктовны Кисловой, которая много лет была главным режиссером программы «Время». Ей 91 год, и она до сих пор в строю. Кислова тоже, кстати, стала для меня ориентиром, но уже в жизненных принципах.

Пульс бился около горла так, что казалось: умру от ужаса

Меня изначально брали на канал как ведущую, но я хотела пройти все этапы, понимать, как все происходит изнутри, и начала с азов. Сейчас по моим роликам в «Инстаграме», можно понять, что я могу быть и режиссером, и монтажером, и титровальщиком. Потому что все эти профессии освоила еще на этапе начала работы на телевидении. Прежде чем стать ведущей программы «Время», я вела «Новости». Мой первый эфир в новом качестве был довольно драматичным. Все определил случай. Когда в июне 1995 года произошел теракт в Буденовске, в эфир на разные орбиты должны были выйти одновременно два выпуска «Новостей». Но второй ведущий еще не приехал в «Останкино». Тут кто-то вспомнил, что я раньше работала в дикторском отделе. И меня как щенка бросили в воду на этот сложнейший эфир. До сих пор помню, как пульс бился около горла так, что, казалось, умру от ужаса. Думала, меня никто не видит, потому что выпуск идет на регионы, и друзья позора не заметят, а люди в глубинке сердечные и простят. Но его пустили и на Москву тоже. Наблюдали за эфиром и руководители, и им понравилось, как я отработала в форс-мажорной ситуации, на следующий день меня поставили в эфир. Но я на него не пришла, сказала, останусь редактором. Потому что понимала, что быть телеведущим, тем более программы «Время», очень непросто. Я к себе отношусь требовательно. Только спустя некоторое время меня заманили на эту должность. И в 1998 году я сказала «да» прежде всего самой себе. За эти годы я работала посменно с Кириллом Клейменовым (ныне заместителем генерального директора — руководитель дирекции информационных программ Первого канала. – Прим. «Антенны»), Андреем Батуриным, Петром Марченко, Жанной Агалаковой, Ольгой Кокорекиной и сейчас с Виталием Елисеевым.

Когда только начинала на телевидении, у нас в студии стояли только стол и экран, на который передавалась видеокартинка. За эти годы в техническом отношении все изменилось колоссально. У нас появились плазмы, летающие экраны, семь камер, возможность включаться из любой точки мира, перегонять сюжеты с колес в режиме онлайн. А что будет дальше, трудно даже представить, это вообще космос! Сейчас в студии идет ремонт, обещают установить плазмы, которыми можно управлять прикосновением пальца. 21 декабря состоится первая приемка, а потом нужно все обкатать. Вы можете готовиться сколько угодно, но когда сядете в кадр, все может сложиться по-другому. Даже сейчас, когда многое завязано на электронике, а не на человеке, могут случиться форс-мажоры: свет погас, кошка выскочила, камера не включилась, ножка у стула обломилась. «Время» - это настоящая жизнь, и поэтому тут всегда драйв!

Фото
Иван Куринной

Просыпаюсь я легко, обычно в семь – половине восьмого. На рабочей неделе вечером в 21:30 заканчивается эфир, затем летучка и около половины 11-го я дома. Спать стараюсь лечь до 12. Получается не всегда. Мой врач-китаец советует в девять. Но разве я могу себе это позволить? В это время начинается финальный выпуск новостей. Раньше мне казалось, что я сова. Но когда попала в лапы к своему китайскому врачу, он объяснил, что я – замученный жаворонок, и на самом деле все люди – эти «птицы», но по разным обстоятельствам вынуждены ложиться поздно, вставать, когда придется. А качественный сон – одна из главных составляющих здоровья и внешнего вида. Мы все находимся в постоянном стрессе, он вызывает окислительные процессы в организме, и ни к чему хорошему это не приводит. Нужно постараться прийти хотя бы к какой-то гармонии. В идеале – достичь состояния дзен. Мне для этого достаточно погрузиться в себя. Могу это сделать в любом месте.

В работе я как машина на высоких оборотах. Голова – компьютер. Мне нужно уметь быстро концентрироваться. Во время эфира программы «Время» могут принести новый текст, совершенно незнакомый, а иногда и его нет, нужно составить самой за доли секунды. Шеф-редактор может мне в «ухо» (устройство для связи телеведущего с аппаратной. – Прим. «Антенны») прокричать пару ключевых слов, например: приземлился. Предположим, до этого мы ждали, что начинается государственный визит Си Цзиньпина. Понимаю, что речь идет о нем и выдаю тут же автоматически новость: где, кто, куда и с какой целью.

К эфиру гримируюсь сама. Визажисты делают все очень тщательно, и их сроки могут не совпадать с моим графиком. У меня три эфира в день и все прямые. Времени на себя немного. Поэтому постоянно наблюдаю за профессионалами и делаю все то же самое, только быстро. Если надо, и за три минуты управлюсь. Для выходов, мероприятий могу обратиться к специалисту, но тогда отвожу себе время заранее и тщательно навожу марафет. Во время грима наша мастер Ира сообщила мне интересную вещь: что я зимний тип для визажа. И мне подходят холодные тона. Позже буду использовать ее секретики.

Плакала во время просмотра фильмов, например, «Лев» или «История Пи». Часто слезы проступают во время эфира. Когда в репортаже идет речь о тяжелой жизненной ситуации, всегда сочувствую героям. Недавно делали сюжет о Русфонде, героем которого была чудесная девочка с двумя хвостиками, пухляк такой, ей очень нужна была помощь – большая сумма. Мне потом, когда деньги уже собрали, в «Инстаграм» написала ее мама. Сказала: я держала кулаки, чтобы представление о моей дочке выпало на вашу неделю. Для этой девочки нужно было собрать большие деньги. Я не люблю просить. Но когда речь идет о детях Русфонда, я прошу телезрителей отправить эту жизненно важную SMS. Я придумала эту форму: «Вы, зрители Первого канала, можете нам помочь». Слова этой мамы и есть оценка моей работы.

Фото
Иван Куринной

Некоторые люди в грубой форме могут писать, что у меня прическа не такая, одежда, но мне настолько безразлично их мнение. Они не представляют, что все это в пустоту отдают. Я оцениваю себя по другим критериям: смогла ли кому-то помочь, снять состояние тревоги, паники. Так получалось, что наша бригада всегда работала на тяжелых эфирах – гибель подлодки «Курск», начало войны в Дагестане и операции «Буря в пустыне», взятие заложников на «Норд-Осте» и в Беслане, взрывы башен-близнецов в Нью-Йорке, все взрывы домов в Москве и Волгодонске. Приучила себя к тому, что эти новости транслирую с подачей: мы справимся, сможем. Да, это случилось, но наша задача – превозмочь и помочь тем, кто выжил.

Со слезами в кадре легче бывает справиться, чем со смехом. Здесь и необходима та самая выдержка. Просто представляю, что будет потом, после эфира, если рассмеюсь. И становится уже страшноватенько. Держишься. Случались пару раз такие ситуации, но тогда все не могли справиться с эмоциями, и в аппаратной смеялись, повалившись на стул. В этом случае режиссер сразу выводит меня из кадра.

Есть отличный способ справиться с волнением. Мысленно считайте до десяти и при этом начинайте глубоко вдыхать и также глубоко выдыхайте на счет. Вдыхаете вы эмоции мира, а выдыхаете свои эмоции. Попробуйте.

Если понимаю, что могу расслабиться, ничто не способно заставить меня думать о работе. Делаю это совершенно спокойно, без зазрения совести, без оглядки на трудоголизм.

Мне не надо себя испытывать – я в себе уверена. Не самоуверенна, а уверена.

Не представляю свою жизнь без спорта. Три раза в неделю у меня фитнес с тренером, который подбирает специальную программу в зависимости от того, что хотим добиться. Дважды тайский бокс. У меня два тренера-чемпиона – один здесь, в России, другой таец, и, когда попадаю на Восток, мы можем с ним пересечься. И по два раза в неделю занимаюсь йогой и тайцзицюань. Вот считайте, всего девять тренировок. Пропустить занятие могу, только если сильно приболела. И то так жалко, что до последнего тяну – вдруг станет лучше.

В различных ситуациях помогают десять целебных звуков. Для снятия раздражения используют звук «ши-и-и». Если ситуация вас напрягает, прошипите его и мысленно представьте, как он выходит через печень (гнев аккумулируется в этом органе). Я умею управлять гневом. Это важная составляющая всех восточных практик.

Считаю, депрессия – это неконструктивно и бессмысленно. Пребывание в этом состоянии ничего не решает, тратит здоровье и нервы и в результате приводит к еще более страшному состоянию. Если не можете с ней справиться, начните с целебного сердечного звука «хаааа». Попробуйте произносить его хотя бы раз шесть утром, а в идеале дойдите до 36. Через некоторое время поймете, что ситуация вокруг начинает меняться. Потому что как известно, «подобное притягивает подобное»: если вы склонны к депрессиям, ситуации, которые их вызывают, будут липнуть к вам как пчелы на мед.

Фото
Instagram Екатерины Андреевой

Самокопание свойственно людям определенного внутреннего устройства, ко мне это отношения не имеет. Я не зацикливаюсь на кризисных моментах. Для меня это вопрос сиюминутного решения проблемы. Я – человек здесь и сейчас. Если тема непринципиальная – иду дальше, если принципиальная – упрусь рогом и сделаю. Безвыходных ситуаций не бывает. Есть те, которые человек не хочет решать сам, а говорит, что не может. Иногда люди болеют, потому что им нужно внимание, и так они манипулируют близкими. Например, жены – мужем: я такая несчастная, ты не можешь уйти от меня. Но я не говорю, что все болезни этим обусловлены.

Я – агностик, поэтому легко соединяю в себе интерес к разным религиям, западной и восточной философии. Бог един. Сколько есть разных конфессий, религий, что, у всех свои Боги? Все противоречия – в глубинных схоластических спорах, которые ведут между собой церковники. К обычному человеку это никак не относится.

Стараюсь следовать своей интуиции, и она меня не подводит. Такая способность есть у всех, любой человек может свою интуицию развить. Есть специальные тренинги на эту тему, книги. Попробуйте для начала, когда услышите телефонный звонок, настроиться на секунду на него и подумать, кто это может быть. Если назовете верно, ставьте себе галочку. Используйте и другие ситуации, когда вы должны что-то угадать. И смотрите, насколько часты совпадения. Если будете прислушиваться к себе, интуиция будет на автомате работать.

Экстрим не мое. Над пропастью пойду, только если необходимо. Специально, чтобы вызвать эмоции, – никогда. Мне не надо себя испытывать – я в себе уверена. Не самоуверенна, а уверена. Адреналин и норадреналин выделяются только при определенных обстоятельствах. Это достаточно опасные выплески, стараюсь их контролировать. Я не прыгала с парашютом и никогда не хотела. Потому что здесь как раз есть момент случайности. На параплане не летала, там тоже все зависит от ветра. Я без нужды не рисковая.

Мне не знакомо состояние скуки, я знаю это слово, слышала о нем, но не понимаю, что это за ощущение. Для меня жизнь – одно большое впечатление, сотканное из маленьких. Если ты творчески относишься к работе, к жизни, к дружбе, к любви, тебе никогда не будет скучно.

Я очень легкая на подъем. Редко сдаю чемодан в багаж, у меня нет большого, как правило, ручная кладь. Беру с собой одежду по сезону, книги, солнечные очки, крем от солнца, купальник, спортивные кроссовки и кепку. Могу сорваться в момент. Но если это Африка или Бирма, то путешествие требует подготовки, нужно и маршрут проложить, и обеспечить собственную безопасность. Там есть такие трудные районы, где без специальных проводников не пройдешь. Путешествую я с малых лет, родители брали с собой, в школе организовывали поездки. Еще не бывала и очень бы хотела попасть в Новую Зеландию, в Австралию. Самая большая мечта – Латинская Америка, все пока не складывается.

Мне интересно путешествовать в компании – важно делиться впечатлениями. У нас с друзьями правило – вечером каждый сообщает рейтинг из трех значимых событий дня, что ему больше всего запомнилось.

Инстаграм (@ekaterinaandreeva_official) я завела спонтанно, когда узнала, что под моим именем существуют какие-то двойники. Зашла посмотреть, что они делают, и увидела странные попытки выдать себя за меня, даже посочувствовала этим людям. Поначалу хотела просто закрыть лжеаккаунты, но чтобы они не возникали, нужно было создать свой. А потом заинтересовалась, и в какой-то момент «Инстаграм» стал сортировкой моих собственных архивов – раньше все валялось в телефонах, на различных носителях. Вторая цель его завести – делиться многообразием мира с другими, потому что у меня есть такая возможность. На мой «Инстаграм» подписаны люди из всех регионов России и даже из-за границы. Некоторым физически сложно попасть, например, в Большой театр, а с моим аккаунтом они могут это сделать.

Я умею располагать к себе людей. Меня иногда спрашивают: как на вас не шикают в театре, когда снимаете ролики? Ну вот не шикают. Даже в Милане в «Ла-Скала». И за кулисы пускают. У меня есть посты и из Зальцбурской оперы, и из Миланской, из Большого театра, из Мариинки. Я часто приезжаю на концерты своих друзей, оперных звезд, они могут договориться с администрацией.

В отношениях с незнакомыми важна доброжелательность. Если вы человеку начинаете сразу улыбаться, он, как правило, ответит тем же. Ну а дальше ваше умение объяснить, что вам нужно. Есть возможность – заинтересуйте, нет – попробуйте вызвать сочувствие, желание помочь.

У меня логическое мышление. Отношения с людьми выстраиваю как шахматную партию. Я умею играть в шахматы, папа научил в детстве. Давно не садилась, хотя нужно. Иначе навык уйдет. Если понадобится, могу взять пару мастер-классов у гроссмейстера. Дома сейчас осваиваем старинную индонезийскую игру, медитативно-сложную. Это круглая доска с множеством лунок и каменные шары, которые с приятным звуком в них ложатся. Нужно совершать определенные ходы, чтобы остался один шарик.

Лицо – отражение вашего внутреннего мира. Страхи, тревога, злоба все на нем проявляется. Любой профессиональный физиономист скажет человеку, что его гложет, просто посмотрев на него. Это наука. И если люди живут не в гармонии с внутренним миром, что они хотят от косметологов? Остается только скальпель или уколы. Работать над собой в этом контексте нелегко, чтобы не впадать в эти очень человеческие состояния.

Екатерина с мужем
Фото
Instagram Екатерины Андреевой

Никогда не была завистлива. Считаю, чем больше рядом с тобой счастливых людей, тем лучше. Это называется теория здорового эгоизма. Если человек успешен, у него все хорошо, он эту энергию источает. Напитывайся, радуйся, бери с него пример, и у тебя будет так же.

Мне все равно, испытывают ли люди зависть по отношению ко мне. Это не моя проблема. Знаю, что у меня есть враги. Понимаю, почему они так себя ведут. И все равно им сочувствую, прощаю и понимаю их слабости. Но это не я себя в этой ненависти и враждебности сжигаю, превращаю свои органы в больные, а они.

Ни мама, ни папа никогда не были для меня кумирами. Я не пыталась делать как они. И супротив тоже. Со мной не вели воспитательных бесед, я просто жила с людьми, которые меня любили. Безоговорочно. Большего для ребенка не надо. У меня не было тяжелого подросткового возраста – обычные детские проблемы в рамках гормонального изменения организма. У меня были сложные взаимоотношения с папой, когда он меня, скажем так, закалял. Но это не вело к серьезным проблемам. Папа – человек с активной жизненной позицией, был и раньше, и сейчас. От него я переняла любовь к спорту, к перемещениям, к чтению книг, разгадыванию кроссвордов, тренировке мозга. Он всегда заставлял меня заниматься спортом. Где-то я противилась. Но потом понимала, что он прав.

Мой муж – серб по национальности, но у нас не такие ментальные различия, что пришлось к чему-то привыкать. Это очень близкий к нам народ. Когда мы познакомились, Душко (Душан Перович, бизнесмен. – Прим. «Антенны») по-русски совсем не разговаривал, знал только слово «шапка», потому что было очень холодно, когда он приехал в Россию. Но он очень языковой, быстро выучил русский. И сейчас понимает даже анекдоты, может их рассказать, то есть знает, когда эта шутка уместна.

Душко иногда обижается, что не учу сербский. Я знаю этот язык поверхностно, на бытовом уровне. Говорю по-английски, немного по-французски, понимаю по-итальянски, но предпочитаю общаться на глубинные серьезные темы на русском через переводчика. Для меня язык – настолько форма выражения себя, я могу любой цели достичь с помощью слова. Чтобы знать иностранный так же хорошо, как русский, мне надо бросить все и заняться его изучением, много читать, освоить большой языковой пласт. Пока такой необходимости нет.

У меня составлена натальная карта, или карта жизни

Мы с мужем – два параллельных мира, иногда пересекающихся: чаще, реже, порой сильно. Но при этом очень самостоятельные Вселенные. У нас нет ведомого и ведущего вообще. Ни он, ни я никогда не подавляли индивидуальность друг друга. Для меня в браке важно, чтобы спутник был единомышленником, ровней. И не пытался собственные комплексы решать за счет давления на другого человека.

Наши с мужем интересы могут, но не должны совпадать. Душко легко откликается на многое, что увлекает меня. Тайчи занимался, йогой иногда на бокс ходит. Но у него порой не хватает терпения продолжить. Но вот Душко любит футбол и играет, а я его не смотрю. И не пыталась прорастать в этот мир. Мне нравятся фильмы, которые муж не любит, он и не будет смотреть их со мной, и я не считаю, что это нужно. Зачем? Я – это я. Он – это он. Не буду делать вид, что мне интересно. Да и он от меня этого не требует, и я от него.

Не читаю гороскопы в журналах, не хожу к астрологу каждую неделю. У меня составлена натальная карта, или карта жизни (персональный гороскоп, построенный согласно точному времени и месту рождения человека. – Прим. «Антенны»). Гороскоп – серьезное дело, наука. Я ко всему отношусь с этой точки зрения. Зная свою натальную карту можно усилить свои уже данные сильные стороны и подкрепить слабые.

У меня Луна в Козероге, а такие люди очень стабильны. Я и к модели телефона привыкаю, и к машине. Не подсажена на технические новинки, а вот Душко – да. Поэтому последняя модель телефона может появиться у меня благодаря мужу. Но он не торопится покупать новинку, пока не изучит характеристики, отзывы. Когда понимает, что к ней еще есть вопросы, ждет, пока доработают.

Дочь во многом на меня похожа. Во-первых, генетически. Во-вторых, Наташа видит мой образ жизни, мышления, читает те же книги. И к миру относится благодаря мне точно так же. Мы не проходили с ней переходный возраст. Она не сбегала из дома, не психовала, не красила волосы в оранжевый цвет, не пыталась привлечь к себе внимание, потому что это внимание у нее всегда было. И любовь. Это вообще ключевое слово мира. У Аллана Кардека в «Книге духов» написано, что дети даются как награда, испытание, наказание и усмирение. Какие вопросы к детям? В себе сначала разберитесь: зачем вам такой ребенок выдан, решайте внутренние проблемы, тогда и ваш малыш изменится. Людям свойственно винить в своих проблемах других, а это неконструктивно. Я стараюсь так не делать.

Наташа – мой советчик. Могу спросить у дочери, что она думает по какому-либо поводу и знаю, что не обманет, не станет приукрашивать, чтобы мне понравилось. А я уже буду смотреть, совпадает ли это с моими ощущениями.

Быт – тема для меня достаточно отстраненная. Предпочитаю доверять ее людям, которые за это получают деньги. Я не люблю готовить, хотя умею. Бытовые вещи не успокаивают меня, как мытье посуды Агату Кристи, и не раздражают. Но если надо и других возможностей нет, могу сделать все: и убрать, и готовить, и шить, и вязать спицами.

Фото
"Инстаграм" Екатерины Андреевой

Одежду выбираю по принципу «нравится – не нравится». Лучше всего для меня – джинсы, толстовка и косуха. Люблю соединение кружев с чем-то драным. Я шмоточница, как любая девушка. Но ходить по магазинам не люблю, выбираю вещи быстро. Обычно заранее. Очень продвинутые байеры присылают мне фотографии коллекций Yves Saint Laurent и Chanel, определяюсь, что нравится, прихожу, меряю, если подходит – покупаю. Обувь, перчатки и очки – три вещи, в которых мне трудно себе отказать. Это прям фетиш мой.

Люблю порядок. Очень редко могу позволить себе вечером не смыть косметику или одежду не повесить на место, только если пришла поздно или очень устала, но утром обязательно перевешу.

Мне комфортно там, где чисто. Например, в Сингапуре. Там за брошенную жвачку – 500 долларов штраф. Я двумя руками за такие наказания, потому что многие не слышат увещеваний, но сразу понимают, когда на их кошелек накладывают взыскания. В Сингапуре парочка плевков может привести к серьезной дыре в бюджете. Это как в Москве, когда ввели штраф за пешеходный переход, водители сразу стали такие вежливые!

Комментарии

1
под именем
  • Все комментарии
  • fein!!!!!