Лив Шрайбер: «Меня назвали в честь Льва Толстого»
Фото
Amedia Premium

Простите за произношение

Лив, вас действительно назвали в честь русского писателя?

Да, в честь Льва Толстого. Это не красивая легенда, это правда. Моя мама – большая его поклонница. А я, когда учился в театральной школе, играл в пьесе Чехова «Иванов», которую к нам приезжал ставить ваш артист Олег Ефремов. Кроме того, недавно снялся в картине «Жертвуя пешкой», где сыграл российского шахматиста Бориса Спасского. И говорил по-русски. Пользуясь случаем, заранее приношу извинения за мое произношение.

Так может, по-русски будем говорить?

Ха-ха, только не просите меня повторить что-то из того фильма. Если вы начнете со мной говорить по-русски, я, наверное, вспомню что-нибудь. Но когда я заканчиваю работать, через два дня весь текст из головы улетучивается. Думал, это происходит само собой, но психолог сказала, что мне нужно время, чтобы перестать думать о работе.
Лив Шрайбер: «Меня назвали в честь Льва Толстого»
Фото
кадр из фильма «Жертвуя пешкой»

Какое главное открытие в актерской профессии вы сделали?

Когда учился мастерству актера в Англии, один из педагогов сказал мне, что я особенный. Не знаю почему, но я ему поверил. Он отметил, что мое лицо – это проблема. Но у меня есть особый талант. И я решил поверить в свой талант, а не во внешность. Это был один из лучших выборов, сделанных мною в жизни.

Росомаха – мой давний друг

Лив Шрайбер: «Меня назвали в честь Льва Толстого»
Фото
кадр из фильма «Люди X»

Роль брата Росомахи интересна серьезному актеру? Все эти люди Икс, мутанты, драки и погони...

Мы давние друзья с Хью Джекманом, и он во многом – причина, почему я сыграл Саблезубого, брата Росомахи. Хотя поначалу многим не нравилась моя кандидатура. Не знаю, может, к тому моменту я переиграл слишком много еврейских героев в небольших проектах. И это выглядело так, как будто Вуди Аллен собрался играть в комиксах. Но вообще-то это не так. Я почти два метра ростом, намного выше Джекмана. Так что роль мне вполне подходит.

С Джекманом на съемочной площадке не выясняли, кто круче?

Хью как-то сказал, что мы соревновались на этих съемках, и я сначала не понял: как? Где? Да он надерет мне задницу в любой сцене! А потом осознал, это было соревнование в таком смысле: когда после пяти-шести дублей наших боев мы оба мечтаем полежать в сторонке на глыбе льда, но вслух спрашиваем друг друга: «Ты в порядке? Давай еще!» И оба думаем про себя: «Нет, я еще не слишком старый для этого!»

Приходится любить Рэя Донована

Лив Шрайбер: «Меня назвали в честь Льва Толстого»
Фото
Amedia Premium

Теперь вы снимаетесь в сериалах...

Обычно я не люблю застревать с одним и тем же героем надолго. Это же сумасшествие – перевоплощаться в другого человека надолго. Даже когда играю в театре, стараюсь делать перерыв на месяц. Но теперь практически каждые полгода я Рэй (главный герой сериала «Рэй Донован», выходит на каналах Amedia Premium и онлайн-сервисе «Амедиатека» одновременно с США. – Прим. «Антенны»). То есть я не веду себя так же. Но если 14 часов в день изображать головную боль, она у тебя появится. Так что периодически мне нужно освобождать голову и расслаблять тело. Хотя – смешно! – при этом я заметил, что, готовясь к этой роли, успокаиваюсь. Видимо, это такая компенсация того, что мысли в голове кипят. Неважно, мало ли текста у меня, как в этом сериале, или я играю Шекспира на сцене, мой мозг погружен в это полностью, и мне сложно поддерживать общение за пределами работы.

Но ваш герой Рэй Донован не особо законопослушный гражданин. Даже наоборот. Не обидно играть негодяев?

Как актер я считаю, что не должен осуждать своего героя. Наоборот, нужно быть на его стороне и искать в нем лучшее. Поэтому мне и мой Рэй Донован очень нравится. Я разделяю многие его ценности, то, сколько значит для него семья. Внутри он верный и достойный человек. Хотел бы я себе такого друга? Боюсь, это было бы затруднительно. Трудный персонаж он для этого, слишком много опасностей вокруг. Хотя на самом деле Рэй нуждается в друзьях больше, чем в чем бы то ни было.

Дети – дорогое удовольствие

Лив Шрайбер: «Меня назвали в честь Льва Толстого»
Фото
Getty Images

Рэй в сериале – хороший отец, он обожает своих детей. Вы и в этом похожи?

В этом мы точно похожи (у Лива двое сыновей: Саша, семь лет, и Сэмюел, пять лет, от актрисы Наоми Уоттс, с которой они вместе восемь лет. – Прим. «Антенны»). Но его работа – улаживать проблемы голливудских звезд не всегда легальными методами, – не создана для того, чтобы спокойно растить их и проводить с ними много времени. И в этом у нас тоже есть общее. Как лучше воспитывать детей, нам подсказывают инстинкты. А основной инстинкт – это любовь. В воспитании так много нюансов и сложностей. Но то, что дается легче всего, и есть лучшее. У меня лучше всего получается их любить.

Что изменилось в вашей работе с тех пор, как вы стали отцом?

Мой подход к выбору ролей не изменился. Я просто стал больше работать. Дети – это дорогое удовольствие. Я же театральный актер, но в кино и на телевидении платят больше. Поэтому я и снимаюсь чаще. Не только из-за денег, конечно, это просто неизведанное поле для меня, мне интересно.

Со всеми этими съемками и ролями дома часто бываете?

Мой дом – Нью-Йорк. Здесь моя семья, театр, вся моя жизнь. Уезжать куда-то на съемки надолго – каждый раз испытание. В этом была проблема с сериалом «Рэй Донован», потому что пять месяцев в году я должен проводить в Лос-Анджелесе. Единственное, что примиряет с жизнью там, – океан. Это лучший способ расслабиться, и, уезжая, я всегда скучаю по нему.