1/2
Фото:
личный архив

На проекте «Голос» вы держались особняком. Говорят, что ребята не горели желанием с вами общаться. Вы с детства привыкли быть белой вороной?

Не думаю, что я держалась особняком. Просто многие участники проекта были уже знакомы друг с другом, и причем давно, а я и еще несколько человек почти никого не знали. Хотя все мы нормально болтали, но до панибратских отношений дело, конечно, не доходило. К тому же я тогда еще записывала сольный альбом «Письма», много времени проводила в студии и с авторами текстов. В общем, никакая я не белая ворона. И в школе была очень активной, хулиганила часто.

Когда в проекте «Голос» ваш наставник Леонид Агутин в раунде на выбывание предпочел не вас, а другого, многие считали это решение несправедливым. Было видно, что и вас оно шокировало. Но вы сказали, что желания в этом разбираться у вас нет. А потом это желание возникло?

Я рада, что участвовала в «Голосе». Но этот проект – не вся моя жизнь. И если мне что-то тогда и не понравилось, вряд ли нужно тратить время и усилия, чтобы и дальше выискивать, что было не так. Давайте смотреть вперед, тем более впереди еще новые альбомы и записи. Я лучше свои эмоции приберегу для них.

На проекте у вас сложились теплые отношения с Пелагеей. А сейчас вы с ней общаетесь?

Все мы заняты, чему я и рада. Но радость общения присутствует. Я участвовала в фестивале «Поле-Music», который ежегодно проводит Пелагея. А еще мне было приятно исполнять песню «Горница» в ее образе на проекте «Точь-в-точь».

А еще друзья благодаря «Голосу» появились?

В бытовом плане – да. Появились люди, с кем так приятно проводить время, расти и делиться впечатлениями и новостями.

Не рассчитываю формулу успеха

Фото №3 - Севара: «У меня одна жизнь, в ней я должна быть счастлива»
Фото
личный архив

Как певица вы стали сначала известны не в России, а в Европе. Там вас приметил известный музыкант Питер Гэбриэл. А что, в нашей стране счастливые билеты дают только за деньги?

Ну зачем же вы так плохо думаете о России? Какие деньги за счастливые билеты? Да, в Европе я сотрудничаю с записывающей компанией Питера Габриэля Real World Records. Выпустила два альбома – Sen и Yol Bolsin, в ближайших планах – выпуск еще одного альбома. Но и в России после «Голоса» приобрела большую аудиторию. Опять везение? Кому-то платила за это? Никаких выплат или обязательств. Вряд ли российский слушатель глуп. Он умеет слушать, выбирать хорошую музыку, в конце концов, быть благодарным. При этом, естественно, плата за раскрутку и ротацию где-то и у кого-то наверняка существует. Как существует и засилье каналов, где есть странное понятие «формат». И много прекрасных артистов, которые в этот формат не вписываются.

А вы вписываетесь? По-моему, вы тоже находитесь несколько вне рамок российской эстрады.

У меня нет обязательств, и, соответственно, я не испытываю давления создавать песни для какой-то одной аудитории, лишь бы продавалось. Я свободно работаю над новыми песнями, не рассчитывая формул успеха. И вы знаете, во мне появилось уважение к российскому слушателю. Я проехалась с гастролями по многим городам России. На концертах исполняла много из «неформатного», и везде меня благодарно принимали. Причем в некоторых городах я успела побывать не раз. И все равно залы полные. Кстати, этой осенью запланированы еще гастроли.

Вы говорите: «Я свободно работаю над новыми песнями, не рассчитывая формул успеха». Для вас что, не важны деньги? Или вы можете себе позволить не оглядываться на «мирские» проблемы?

Возможно, покупка новой иномарки или модного аксессуара и двигала бы мой музыкальный мир. Но сегодня я скорее счастлива тем, что живу, что пою, что пишу песни, что у меня всегда были и есть взрослые друзья. С ними я и сама взрослею, наверное. «Мирскими вопросами» занимаются те, кто и должен, – менеджмент. А я могу писать абсолютно проигрышный по деньгам, но кажущийся мне необходимым альбом. Я знаю, что у меня одна жизнь, и в ней должна быть счастлива... Как и все люди.

Обожаю узбекские блюда

1/2
Фото:
Руслан Рощупкин

Севара, у вас есть муж, сын. Однако рассказывать о них вы не любите. Почему?

Я очень дорожу своей семьей, поэтому ничего и нигде о ней не сообщаю.

Но поделитесь хотя бы, какие национальные традиции вы, живя в Узбекистане, соблюдаете?

Традиции – это не обязательно набор видимых ритуалов. Хотя мы и соблюдаем некоторые из них. Так, на каждый Навруз (праздник начала нового сельскохозяйственного года. – Прим. «Антенны») мы вместе с соседями варим сумаляк – пшеничную кашу. Занимает это действо почти сутки и всегда сопровождается весельем и песнями.

А дома узбекские блюда готовите?

Я обожаю рисовую похлебку – маставу. И будучи не ахти каким поваром, с этим блюдом точно справляюсь. А вообще-то мне нравится почти все в узбекской кухне: и плов, и лагман, как жареный, так и в супе, и самса с тыквой и зеленью, и шурпа, и нарын, и тухум-барак... Наверное, тут лучше остановиться.

Ваше имя переводится с узбекского как Любовь. Некоторые верят, что имя откладывает отпечаток на человека, его характер. А как считаете вы?

Действительно, имя мое переводится как «та, что любит». Это простое и популярное имя. Ничего необычного. Как бы меня не назвали, думаю, все равно бы была тем, кто я сегодня есть.

Я – светлый коммунистический эльф

1/2
Фото:
архив «Антенны»

Ваше воспитание было больше восточным или все же европейским?

Я училась в русском классе. Дома родители говорили и на русском, и на узбекском языках. И хотя устои в семье были восточными, европейское мировоззрение в ней тоже было не чужим.

Родители имели отношение к музыке?

Папа был директором музыкальной школы в Андижане, но через год после моего рождения родителей перевели в Ташкент, где я и выросла. Здесь папа и пел в свое время, и был редактором на радио. А мама проработала в музыкальной школе, преподавала там предмет, который назывался «народные инструменты». Дома постоянно были гости, приходили артисты, играла музыка, пели. В этой среде я и выросла.

Знаю, что после концерта вы сразу летите в Ташкент. А в одном из интервью вы сказали, что для вас очень важно быть на родной земле. Дома вы заряжаетесь энергетикой?

Правильнее сказать, что после концерта я хочу лететь домой, в Ташкент. Увы, не всегда получается. Может, это и связано с энергетикой. Для меня же родина – это территория комфорта.

Общаетесь ли с вашей землячкой, участницей второго сезона «Голоса» Наргиз Закировой, которая тоже из Ташкента?

С Наргиз давно знакома. Я даже как-то ездила к ней в Нью-Йорк на неделю-две под Рождество. У Наргиз прелестные дети, заботливый муж Фил и чудесная мама Луиза. Мы весело провели время, и я знаю, что под личиной рок-певицы скрывается нежный человек.

Последний альбом вы выпустили под именем «Севара и Эльф». Что у вас общего с этим сказочным существом?

Возможно, эльф – это мое второе «я». Я, наверное, коммунистический эльф, светлый, который хочет лучшего для людей в этом мире.