Фото №1 - Спасибо за Победу: звезды – о своих дедах-ветеранах
Фото
кадр из фильма «А зори здесь тихие...»

«А зори здесь тихие…»

Петр Федоров (Васков):

− Если говорить о том, как Великая Отечественная война затронула судьбы моих дедов и бабушек, можно написать довольно большую книгу. Как и в миллионах других семей. Каждый из нас может изучать историю нашей страны, всего лишь обратившись к историям своих старших родственников и просто сопоставив их линии судеб. Будоражат не только истории выживших. Со многими из своих воевавших дедов я не успел познакомиться. Например, мамин дедушка Корнелий занимал довольно серьезный пост на ЗИЛе, но в октябре 1942 года отправился добровольцем на фронт и погиб на знаменитой переправе через Волгу в Сталинграде, не убив ни одного немца. Он считался без вести пропавшим, поскольку утонул с документами, но спустя 20 лет нашелся его товарищ, который был с ним в той же лодке и все рассказал моей семье. С Корнелием я знаком только по старинным фотографиям, с них на меня смотрит кудрявый человек с горящими глазами. Мамин отец – офицер, капитан 2-го ранга Виктор Корнелиевич, после девятого класса пошел в ополчение, причем их взяли всем классом, но выжил только он один. Потом он стал военным журналистом. Бабушка жила в Эстонии и часто рассказывала, как фашисты приходили к ним в дом, где они прятали русских офицеров. Бабушкины братья тоже жестоко сражались с немцами, самый младший погиб через несколько часов после объявления окончания войны – сбросили бомбу прямо в костер, у которого он грелся.

Я замечал, что по мере взросления волей-неволей начинаешь сопоставлять свой возраст с возрастом своих родителей в тех или иных ситуациях, примерять на себя какие-то их истории, пытаться понять мотивации людей и их решения, фантазировать, как поступил бы ты, и поэтому для меня всегда актуальнее та история, которая происходила у предков в моем текущем возрасте. Вот, например, мой дедушка Евгений Евгеньевич Федоров, которому недавно исполнился 91 год, продолжает служить в театре имени Вахтангова, где начал работать сразу после окончания института. Дед рос арбатским пацаном и учился в школе № 69, где в параллельных классах учились Булат Окуджава, Андрей Эшпай, Сергей Колосов. А вот обучение в институте пришлось аккурат на военные годы, поэтому ему пришлось совсем несладко. Один только факт, что его школьный выпускной случился 22 июня 1941 года! Он выживал в те годы абсолютно один, а когда началась война, очень переживал, что в первый эшелон добровольцами брали тех, кто был минимум 1923 года рождения. А он родился в 1924-м. Поэтому был мобилизован в бригады Центрального Дома Советской Армии, в которых работал вдоль линии фронта. Сооружали строительные заграждения, окопы, отступая с нашими войсками от Смоленска до Гжатска и Вязьмы. Дед имеет медали «За оборону Москвы» и «За доблестный труд во время ВОВ», а также пять юбилейных медалей. После войны дед не оставил эту работу, этими же бригадами они обслуживали войска по Варшавскому договору и другие. Из его класса в живых остались только три человека. А когда война закончилась, он всегда встречал мам своих погибших друзей. Это как в музее Холокоста в Берлине, когда огромная куча детских ботинок, оставшихся от сожженных в печах людей, впечатляет больше, чем трупы.

К сожалению, история нашей страны вынудила многих скрывать свои истории или что-то недоговаривать. Многие из нас инерционно не приучены интересоваться своими корнями, но поверьте, это знание дает особую силу. Торопитесь, пока еще наши дедушки и бабушки с нами.

Деду понравился «Сталинград», где я снимался, да и насчет «Зорей» он меня поддержал, что было крайне важно. Он был первым, к кому я пришел за советом. Евгений Евгеньевич считает современную экранизацию Васильева правильным решением. Я к нему вообще прислушиваюсь по вопросам профессии, тут он мне не только любимый дед, но и опытный друг. Дай бог им с бабушкой здоровья.

1/2
Фото:
кадр из фильма «А зори здесь тихие...»

Евгения Малахова (Женя Комелькова):

– Мой дедушка, Афанасий Иванович Малахов, прошел всю войну. К сожалению, я никогда его не видела (он ушел из жизни еще до моего рождения) и знаю только по рассказам. Помню, как в детстве бабушка показывала мне дедушкину медаль со сколом. Он носил награду у сердца, и однажды она спасла ему жизнь: пуля попала в нее и не прошла дальше…

Когда началась война, дед только окончил школу. В августе 1941-го ушел на фронт. Служил в разведке, 10 раз успешно ходил в тыл врага, а в 11-й раз его тяжело ранили – пуля пробила легкое и осталась внутри. Дедушку отнесли на передовую и доставили в госпиталь. Он 11 суток лежал без сознания, потом 5 месяцев лечился, а затем вернулся на фронт.

У бабушки хранятся дневники, которые дед вел на войне. Там описаны не только военные действия, но и мирная жизнь. Например: «Сегодня были в кино первый раз за последние 3 месяца». А самая пронзительная запись сделана в день, когда дедушка получил известие о расстреле близких, в числе которых были и родители: «7 декабря 43-го. Первое письмо с родины. Письмо жуткое. Родные расстреляны. За что? За связь с партизанами. Как тяжело переносить. Вот только вчера, вчера думал и мечтал, что скоро узнаю про своих родных. Увы! Не верится, что их больше нет: сын сестры умер от разрыва сердца, когда начали избивать его мать. Деспоты! Только месть! Вот лозунг мой».

Дедушка прошел всю войну и демобилизовался 1 сентября 1946 года в звании капитана. У него много наград: два ордена «Красной Звезды», два ордена Отечественной войны II степени, медали «За отвагу», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «За освобождение Праги».

После войны дед поступил в Московский химико-технологический институт им. Менделеева, где остался в аспирантуре и работал до конца жизни, был деканом вечернего факультета. К 20-летию Победы в институтской газете вышла дедушкина статья с воспоминаниями о войне. В ней он рассказывает: «Невозможно в небольшой заметке описать все те ужасы войны и испытаний, которые выпали на нашу долю. Но мы были уверены, что победим, и это придавало нам силы».

А несколько лет назад в университете выпустили книгу о дедушке. Когда я поехала в Карелию на съемки фильма «А зори здесь тихие...», взяла ее с собой. Это было невероятно: ты играешь человека, у которого расстреляли семью, и читаешь книгу про своего деда, который таким же образом потерял близких…

1/2
Фото:
кадр из фильма «А зори здесь тихие...»

Анастасия Микульчина (Рита Осянина):

− Мне кажется, для всех детей моего поколения слова «дед», «защитник», «солдат» − синонимы и ассоциируются с медалями, фашистами и запахом сирени. Мой дед Иван Ильич Микульчин родился первого июня − в день защиты детей, так что для меня это день двойного защитника. Меня ему, слава богу, довелось защищать лишь от пчел, кои были его непременной свитой, поскольку он занимался их разведением. А вот о том, как он защитил целую страну, рассказывал мало, неохотно, отшучиваясь, только после выпитого махом стакана красного молдавского вина. Знаю только, что войну он встретил одним из первых, когда немцы напали на Польшу в 1939 году, он был двадцатидвухлетним парнем, проживающим в Закарпатье, точнее, выживающим между налетами фашистов и бандеровцев. В 40-м был мобилизован в десантные войска, участвовал в боях под Воронежем. При очередной десантной высадке был тяжело ранен и контужен, лежал в госпитале в Чусовом. Переведен в пехотные войска, после Курской битвы воевал в составе войск 3-го украинского фронта, награжден за участие в Ясско-Кишиневской операции, в ходе которой из войны была выведена Румыния. Оттесняя врага на запад, в составе 105-й гвардейской стрелковой дивизии, которой было присвоено почетное звание Венская, освобождал Венгрию и Австрию, участвовал в боях за Вену и Будапешт, награжден орденом Красной звезды и медалью «За отвагу». Знаю, что воевал до последнего дня, каким-то чудом сумел выжить, и только Богу известно, какой волей смог защитить от коричневой чумы, как от пчел, и Родину, и тогда еще не родившуюся меня.

1/2
Фото:
кадр из фильма «А зори здесь тихие...»

Софья Лебедева (Лиза Бричкина):

− В моей семье воевал мой дедушка, Станислав Леонидович Лебедев. Когда началась война, он собирался связать свою жизнь с наукой, стать физиком. Во время Великой Отечественной войны занимался тем, что обеспечивал бойцов на передовой линии оружием и боеприпасами. Для этого он прошел специальную подготовку и в начале 1942 года был отправлен на фронт. Ему было тогда всего 20, из его ровесников до конца войны остались в живых менее трех процентов. Когда думаешь об этом, становится жутко: если бы дедушка не попал в эти три процента, не было бы и меня... Рассказывают, что дедушка был находчивым. На фронте с ним произошел такой случай: однажды он вез оружие через лес и попал под обстрел. У машины пробило бак, из него потекло масло, и двигаться дальше было нельзя. Тогда дед подстрелил зайца, добыл из него жир, смешал его с глиной, залатал дыру, и можно было ехать дальше. Мне запомнилась и другая история. На войне часто приходилось спать в землянках, на голой земле. Однажды дедушке приснилось, что он снова в своей деревне. Он вспоминал: было ощущение, что кто-то запустил руку в его шевелюру, гладит, и он испытывает при этом огромное счастье. А оказалось, в его волосы забралась мышь… Дедушка дошел до Берлина, расписался на Рейхстаге. Вернувшись с фронта, окончил физфак МГУ, причем вместе с ним туда поступили некоторые его боевые товарищи. К сожалению, я дедушку застала, только когда была маленькой, и знаю о нем по рассказам папы. Но я помню дедушкин пиджак с медалями, его вещи. Его аура жила в доме и продолжает жить до сих пор.

«Битва за Севастополь»

Фото №8 - Спасибо за Победу: звезды – о своих дедах-ветеранах
Фото
кадр из фильма «Битва за Севастополь»

Евгений Цыганов (снайпер Леонид Киценко):

– У меня оба деда вернулись с фронтовыми подругами c войны. Оба герои, хотя когда дед говорил: «Я до Берлина дошел», бабушка добавляла: «Да я на себе тебя до Берлина донесла практически». Потому что она была медсестрой. Если хватит сил и таланта, может быть, когда-нибудь опишу эту историю.

Фото №9 - Спасибо за Победу: звезды – о своих дедах-ветеранах
Фото
кадр из фильма «Битва за Севастополь»

Никита Тарасов (военный врач Борис Чопак):

− По материнской линии мой род происходит из деревни Климово, что под Ржевом. В семье было три дочери и два сына. Вот что рассказывает моя бабушка: «Пришли в деревню наши командиры. Говорят, со дня на день немцы заявятся. Будут бои. Забрали всех мужиков. Кому-то дали винтовки, а брату Ивану – лопату. Мол, чтобы окапывался. Рыли трое суток без сна. На четвертые немцы из танков разбомбили все советские укрепления. Не уцелел никто». Ее старший брат Ваня погиб в первый же день Ржевской битвы. Ему было восемнадцать.

Больше года советские войска боролись за город. Это было одно из самых беспощадных сражений Второй мировой. В битве с обеих сторон было задействовано десять миллионов человек! Ржев и близлежащие поселения были стерты с лица земли. Советская армия потеряла более двух миллионов бойцов. Хоронить столько людей было невозможно. По словам очевидцев, трупы в несколько слоев так и оставались на полях, образуя «трупные долины». Позже, спустя годы после Великой Победы, местные дачники ходили туда по грибы, по ягоды. Прабабушка Настя водила туда мою маму. Но сама ягод не собирала. «Все, что я не съем с этого поля, моему Ванечке достанется!» – говорила она.

Мой прадед Дмитрий Жгулев, отец Ивана, был тяжело ранен «кукушкой» – так называли немецких снайперов, занимавших свою позицию на деревьях. После госпиталя был комиссован и чудом уцелел. Был председателем колхоза и с пулей в легком дожил до 90 лет. Я помню из детства, как в его шкафу до последних дней висел пиджак с орденами. Эти награды – наша память и вера в чистое небо над головой!

Артисты кино и шоу-бизнеса о своих военных предках

Фото №10 - Спасибо за Победу: звезды – о своих дедах-ветеранах
Фото
Starface

Сергей Безруков:

– Деда Миша, Михаил Иванович, восемнадцатилетним парнишкой пошел на фронт, то есть это был август 42-го. Он закончил мотоциклетные курсы и был как раз разведчиком – моторазведка у него была. Когда дед выходил 9 мая на парад, и я видел этот иконостас, на груди эти медали, я гордился дедом и продолжаю гордиться. Война – штука страшная, пули, они ведь настоящие, смерть там прямо рядом ходит, и в любой момент могут убить. Но надо выполнить приказ и спасти ребят своих, однополчан. Что они думали в этот момент, и что думал дед. Люди были бесстрашные, как-то они так смело жили, ничего не боясь. Не боялись жить. Ошибались, да, спотыкались, вставали, но шли. Для меня они все герои, да.

Михаил Пореченков:

– Мой дед Михаил Кононович Пореченков, в честь которого я и назван Михаилом, был на войне. Начал рядовым, а закончил уже офицером. В память о деде остались одна фотография, одна-единственная, и награды, которые ему принадлежат: Орден Красного Знамени и Орден Отечественной войны II Степени, который он получил за бой во время Одерской операции, при тяжелой боевой обстановке он поднял в атаку роту и в этой атаке погиб. Удивительно, что он написал письмо, в котором были строки: «Вот я прошел всю войну, рядом много смерти, погибают мои товарищи, а меня даже осколком не задело. Чувствую, что не вернусь». Так и получилось. Жалко.

Сергей Светлаков:

– Мой дедушка Венедикт Михаилович Светлаков ушел на войну с Уралмашзавода, из Свердловска в 1942 году. У деда было много наград, когда он их надевал, пиджак был просто неподъемным. Он был артиллеристом, и первая большая награда получена за то, что подбил около 15 фашистов и уничтожил несколько пулеметов. В 1944 году у него была контузия, он мог быть комиссован, но он еще целый год сражался до последнего, сколько ему позволило здоровье. Он не уходил, потому что искренне верил в то, что они освобождают людей от самого большого зла этого века. Я помню, как дед со слезами на глазах говорил: «Я так хотел идти до Берлина, пнуть Рейхстаг». Он рассказывал вещи, которые повлияли и на мою жизнь, вообще на всю. Поэтому в мою жизнь и вошел слоган: «Жизнь нужно прожить так, чтобы хотели откопать».

Фото №11 - Спасибо за Победу: звезды – о своих дедах-ветеранах
Фото
Starface

Леонид Агутин:

– Мой дедушка Леонид Борисович Школьников был довольно взрослым человеком, когда ушел на войну. Ему было 38 лет. Наверное, было очень страшно, по-настоящему страшно.

Мой дед не вернулся с войны, он погиб. И когда моей бабушке пришла похоронка, она поседела в течение двух дней. Мама рассказывает, что когда родился я и меня назвали в честь деда – Леонидом, у бабушки открылось второе дыхание. Она как будто опять начала жить. Потому что мы похожи. Я просто капля его крови!

Я бы, конечно, сказал: «Дед, спасибо тебе! Все происходит, как происходит, благодаря тебе и таким, как ты. И поэтому я всегда помню, всегда горжусь и буду гордиться!»

Мария Миронова:

– Когда началась война, моему дедушке Георгию Александровичу Градову было 30 лет. Он был главным архитектором в городе Фрунзе. Поэтому у него была бронь, он мог не идти на фронт. Но он от нее отказался и пошел добровольцем.

Можно много говорить об этом удивительном человеке, но стоит прочитать то, что пишет он своему брату, и сразу становится понятно, какого масштаба он был. «Доблесть не в том, чтобы стать генералом, а в том, чтобы рядовым пройти через все бои и остаться живым. Я буду молиться на таких людей после войны. Не думай, что я безрассуден, кидаюсь на пули. Высшая мечта моя – живым прийти из боев домой и живыми сохранить всех солдат, доверенных мне...».

Он был командиром инженерно-саперного подразделения разведки, в его отряде было 108 человек. И всех он сохранил.

Нонна Гришаева:

– Мой дедушка Евгений Казанский прошел всю войну и был военным летчиком. У него вся грудь была в орденах. У него был такой выходной парадный пиджак, он весь был в орденах. Но я помню, он особенно гордился орденом Великой Отечественной войны II степени.

Дедушка был очень добрым, очень ироничным, с прекрасным чувством юмора. Рассказывал, как они дразнили немецких летчиков. Когда они летели на одной высоте, они видели друг друга, и немецкий летчик показывал ему, что «...я тебя сейчас...». А дед ему показывал дулю и уходил вниз. И немец уже не мог ничего с ним сделать.

Я бы сказала, что я очень скучаю и мне очень обидно, что прошло совсем немного времени, а люди уже начинают забывать, как это страшно – война! Что страшнее ничего не может быть!

Фото №12 - Спасибо за Победу: звезды – о своих дедах-ветеранах
Фото
Starface

Камиль Ларин:

– Мой дед Рахматуллин Гиняят Сибгатович с первого дня оказался на войне. Он был старший повар, гвардии рядовой 4-го отдельного медсанбатальона. Совсем недавно в архивах нашли наградной лист моего деда на медаль «За боевые заслуги».

Я считаю, что повар, как и медицинский работник, это человек великой, мужественной миссии. Однозначно можно сказать, что он также воевал. Были и бомбежки, были и случаи, когда приходилось плыть через холодную реку. Было промозгло, и он переохладился. Спустя много лет ему даже ампутировали ногу.

Я горд тем, что я общался не просто с ветераном, а с ветераном – моим дедом!

Елизавета Боярская:

– У моей прабабушки Екатерины Николаевны Боярской было четверо сыновей: Алексей, Павел, Николай и Сергей. Все они пережили Великую Отечественную войну. Нам очень повезло, и в нашей семье сохранились письма с фронта. Николай Александрович прислал маме письмо. В свои 20 лет он говорит о том, что уже пережил столько, сколько он даже не мог представить, что может вынести. Просто страшно представить, что пережили многие из моих родственников. Они с этим жили, они это перенесли, они победили. Просто у них шрамы остались настоящие, у нас только послевкусие и представление, а у них реальные шрамы. На 9 мая у меня всегда так случается, что я бываю в Петербурге. Я хожу по Невскому проспекту и просто дарю цветы ветеранам. Конечно, хочется бесконечно говорить им спасибо за то, что вся наша сегодняшняя жизнь – благодаря им.