Петр Рыков: «Мой герой для женщин — как Джеймс Бонд»

Актер откровенно рассказал о карьере в модельном бизнесе, первых кастингах в кино и съемках сериала «Женский доктор — 4».

Фото
пресс-служба канала «Домашний»

— У меня было обычное детство, как у многих из тех, кто родился в 80-е в провинции. В Великом Новгороде мы жили в двухэтажном бараке, где у всех семей по комнате и общая кухня. Когда мне исполнилось шесть лет, переехали в Смоленск, в коммуналку. В этом городе пошел в школу, и в музыкальную в том числе. Потом поступил в смоленское училище по классу классической гитары. Но где-то в середине третьего курса осознал, что никакой дальнейшей перспективы в этом направлении в провинции нет.

Фото
пресс-служба канала «Домашний»

Общее ощущение безнадежности и непонимания, что делать дальше, привело к тому, что решил уйти. Моему преподавателю по специальности было жаль терять ученика, однако он не мог ничем переубедить, не находил аргументов. Не знаю, насколько ярко выраженной была моя музыкальная способность, но что чувствовалось совершенно очевидно, так это тяга к иностранным языкам, поскольку в гимназии нам дали хорошую базу. Поэтому пошел сначала посмотреть педагогический институт, потом в гуманитарный университет, где был факультет переводов. И выбрал второе, потому что осознавал: педагог из меня не выйдет, а художественный перевод — это в какой-то степени тоже творчество. Учиться было интересно, но случай увел меня в Москву. Как-то приехал туда на каникулах к друзьям. В ночном клубе подошел человек и предложил за 100 долларов сняться для журнала в качестве модели. В 2003 году это были приличные деньги. Если открывается какая-то дверь, то почему бы в нее не войти. И я пошел. Перевелся в московский гуманитарный институт, куда брали без потери курса, и начал подрабатывать моделью.

Фото
пресс-служба канала «Домашний»

— Еще до получения диплома у меня была пробная поездка в Милан на две недели. Она прошла очень удачно. Поработал моделью там, получил деньги, купил себе ноутбук, вернулся в Москву. Защитил диплом как раз в то время, когда начинались кастинги для шоу Fashion Week в Милане, и сразу улетел туда. В первом сезоне шесть шоу на Неделе моды отработал. А дальше брали меня моделью в Париж — летел, звали в Нью-Йорк — соглашался. Понимал, что хочу посмотреть мир. В Москве эта индустрия так развита не была, а за границей — это просто подработка для молодых людей, такая же, как в ресторане официантом. Из плюсов в ней были пропитание, где жить, с кем общаться, куча свободного времени. Четыре года так катался по разным странам, и все стало ясно. Чтобы это дело и дальше нравилось, оно должно было приносить существенную материальную отдачу. Сидел и думал: если продолжу этим заниматься, то спустя 10 лет где могу оказаться? Когда ты становишься топ-моделью, тут все понятно, на тебя начинают падать мешки денег. А если нет? Да, можно работать в Милане в шоу-руме. Видел таких людей: график с утра до вечера пять дней в неделю, на тебя шьется коллекция одежды, выходишь и показываешь ее клиентам. Хочу ли я этого лет в 35, а потом что-то еще начинать с нуля? Понял, что нет. Оставаться и дальше жить в Лос-Анджелесе желания не было, несмотря на хороший английский. Два месяца там провел, видел этот огромный котел, в который приезжают все, в том числе и талантливые, трудолюбивые ребята. То есть конкуренция большая, и, скорее всего, я буду кое-как сводить концы с концами. Да и пускать там корни совершенно не хотелось, потому что у людей другая ментальность. Мне хотелось состояться дома, а не рассчитывать здесь на лотерейный билет.

Фото
пресс-служба канала «Домашний»

— Когда выбирал, чем после модельной истории заниматься, было очевидно, что надо двигаться либо в сторону музыки, либо кино и театра. В первом случае не хватало нужных связей, во втором — чувствовал свой интерес. В 28 лет вернулся в Москву и решил поступать в театральный, хотя знал, что после 24 лет мужчин туда не набирают. Но где-то прочитал, как Владимир Вдовиченков поступил во ВГИК позже, и пошел пробовать. Курс набирал Игорь Николаевич Ясулович, которого я видел в театре, знал, что он хороший артист. В итоге поступил к нему. И сейчас рад тому, что не все в моей жизни случалось слишком рано, потому что ко многим вещам уже был готов и знал, как их воспринимать. Понимал, что здесь может повезти, а тут нет, такое бывает.

Курса со второго у меня начались рабочие отношения с Московским драматическим театром имени Пушкина. А когда уже заканчивал учиться, его руководитель Евгений Александрович Писарев спросил про дальнейшие планы и предложил продолжить сотрудничество. Я знал, что мне это нужно, необходим опыт, репетиции, если хочу чего-то добиться в профессии, и с удовольствием согласился. С кино было немного сложнее. Первые год или два хождения по кастингам оказались мучительными. Когда тебя еще никто не знает, особо нет работ и ты не умеешь себя презентовать, приходится непросто. Помню, как-то одна женщина на пробах довольно жестко сказала: «Что вы тут нам рассказываете? Придумайте уже себе какую-то короткую историю». Это были правильные слова, которые помогли в будущем.

Только когда уже вступил в отношения с профессией, стал задумываться о том, мешает мне моя внешность в ней или помогает. Потому что в какой-то момент почувствовал, что есть опасность зависнуть в героях-любовниках и трясти челкой перед девчонками в кадре, особенно очевидно это стало после выхода таких проектов, как «Кровавая барыня» и «Березка». Сыпались однотипные предложения. Хотелось чего-то иного, а на тебя смотрят и думают: «О, красавчик!» Хотя, с другой стороны, чего жаловаться? Сознательно шел в эту профессию, понимая, что у меня дня нее есть определенная фактура и она какое-то время будет кормить.

— В последний год у меня нет свободного времени, чтобы регулярно заниматься в тренажерном зале и следить за фигурой. Заметил странную вещь, что пока все это делал и тело берег, в профессии это не пригождалось. А сейчас, когда смотрю в зеркало и понимаю, что надо бы взять себя в руки, в работе, наоборот, появляются интересные предложения. Мои герои видоизменяются. Сериал «Женский доктор — 4» — это как раз то самое совсем другое, чего у меня раньше не было. Никогда не думал про себя как про исполнителя роли врача. Поэтому было интересно, все-таки это одна из важнейших профессий. Мой герой, акушер-гинеколог Александр Родионов, — хороший, честный доктор, который любит свое дело и живет им. Но сериал не узко медицинский. Акцент все-таки на людях, их историях, на тех сложностях, с которыми сталкиваются молодые родители. У меня было как минимум сорок разных партнеров за период съемок, в том числе и совсем юных, таких, которые родились пять-семь дней назад! Некое волнение перед работой с малышами было, но только в первый день, и то потому, что просто не знал, как с ними взаимодействовать, с этим помогли врачи-консультанты на площадке. Дети все были разные, одни капризные и крикливые, другие просто умницы, как один мальчик, который не кричал, когда нужна тишина, и плакал в момент своего рождения по сюжету.

У меня абсолютно зрительское сознание, потому что до 28 лет я был по ту сторону экрана, поэтому могу предположить, по каким причинам сериал «Женский доктор» снискал популярность среди аудитории. Думаю, это связано с тем, что появление ребенка — один из жизнеопределяющих моментов. А в нашем сериале главный герой — хороший, самоотверженный врач, который помогает мамам и их детям, он для женщин — как Джеймс Бонд. Все бы хотели к такому попасть. Главное, в чем мы с доктором Родионовым, на мой взгляд, похожи, так это в том, что он абсолютно самодостаточен. Ему не нужна половинка. Он сам целый, и ему нужно что-то целое.

Фото
пресс-служба канала «Домашний»

— Я видел определенный опыт семейной жизни на примере моей мамы с ее вторым мужем. Не очень благополучный, учитывая бытовые условия, в которых мы находились, и всегда понимал, как не надо. У меня выработалось определенное отношение к браку, идеалы, видение того, чего бы для себя хотел. Сейчас моих сил и времени на семью не хватит, на данном этапе могу нести ответственность только за свою кошку. Когда захотел завести животное, понимал, что точно не собаку, потому что их я принимаю только больших, а держать такую в квартире, тем более в съемной, невозможно. Плюс с ней надо гулять. Кошка в этом смысле — более самостоятельное животное. Стал смотреть в интернете и среди огромного количества Мурзиков вдруг увидел Герду с такими глазами и мордой, что ее невозможно было не взять домой. Эту кошку подкинули в ветклинику в Королеве. Позвонил туда, поехал и забрал. Назвать решил Гертрудой, потому что нравится имя, оно ей подходит, и к тому же Гертруда с Клавдием, на мой взгляд, — это самая трогательная пара во всей мировой драматургии.

Когда отсутствую дома из-за съемок, а в последний год так происходит регулярно, кошка отправляется на смену в пионерлагерь, то есть в Смоленск к моей маме. Получается, что пока сил и ресурсов у меня хватает только на нее. И с недавних пор на музыку. Хочу осенью выпустить акустический альбом, если успею. Он будет называться «Плач». Песни в нем мои авторские. Конечно, они про те самые чувства, которые порой дарят нам огромное количество тревог и бессонных ночей. Как и многие, я нахожу свой творческий двигатель в сложном. Хотел бы давать концерты, но пока график не позволяет. Поэтому можно сказать, что сейчас музыка для меня — это такая домашняя радость. Но как только будет возможность, уверен, что она перерастет во что-то большее.

«Женский доктор — 4», понедельник — четверг, 19:00, «Домашний»

Комментарии

0
под именем