С бывшим коллегой Сергеем, или Серым, как называли его в нашем коллективе, мы случайно встретились в салоне автодилера. Оформляя плановое ТО для своей «ласточки», услышала за соседней стойкой знакомый голос. Повернула голову – ну точно он! Почти не изменился за те семь лет, что мы не виделись: все так же подтянут, тщательно выбрит, только виски отметились ранней сединой.

Дождавшись, когда мастер заберет у него ключи, негромко окликнула: «Привет, коллега!» Серый обернулся и расцвел такой искренней улыбкой, что стало понятно: он тоже рад встрече. «Наташка, сколько лет! — воскликнул он, стиснув меня в своих крепких объятиях. — Ты тоже машину на техосмотр сдала? Ну, значит, есть у нас пара-тройка часов пообщаться. Пойдем в кафе на второй этаж, кофейку выпьем, и ты расскажешь, как там все наши».

Фото №1 - Нетипичный случай: «Не могу уйти от жены, которая мне изменяет»
Фото
Getty Images

Сидя за столиком кафе, мы непринужденно болтали, вспоминая годы совместной работы. Серый был любимцем прекрасной половины нашего коллектива. Даже глубоко замужние дамы нет-нет да и вздыхали, что, будь они свободны, проходу бы Сереге не дали. Он не то чтобы слыл красавцем, но чувствовалась в нем такая мужская основательность, от которой женщины просто млеют. Плюс безупречные манеры, ухоженный вид и неизменная доброжелательность – понятно, что дефицита в воздыхательницах у него не было. Однако Серый со всеми был ровно вежлив и не более того. Когда он объявил, что нашел другую, более перспективную и интересную работу, мы все за него радовались, но очень переживали, что он от нас уходит. Начальник горевал о незаменимом сотруднике, а мы – просто о хорошем надежном парне, каких сегодня среди сильного пола очень немного. Устроившись на другую работу, он потерялся из вида: территориально оказался далеко, а в соцсетях, по его словам, отсутствовал по убеждениям. И вот эта встреча, которой оба мы были искренне рады. И, естественно, главный вопрос, который крутился у меня на языке: нашел ли Серый свою половинку. Увидев обручальное кольцо, не удержалась: «Женился, вижу? Давно? Кому же повезло вытащить столь счастливый лотерейный билет?»

«Да, женился пять лет назад, – опустив глаза в пустую чашку из-под кофе, сказал он. — У меня сыну десять лет».

«Да ладно? — от изумления у меня округлились глаза. — Ты же от нас неженатым и бездетным уходил! Значит, к тому времени уже на стороне ребенка растил?»

Ты же от нас неженатым и бездетным уходил! Значит, к тому времени уже на стороне ребенка растил?

«Нет, не растил, – усмехнулся мой собеседник. — Просто полюбил женщину с ребенком. Муж от нее ушел, когда стало понятно, что малыш не совсем здоров: у него выявили прогрессирующую форму сколиоза. Тяжелое лечение, масса ограничений – такое не каждый выдержит, вот он и слинял. А мне Данилка родным стал, причем в буквальном смысле – я его усыновил. Такой парень замечательный! Ты не представляешь, как я его люблю. И все сделаю для того, чтобы однажды он смог вести образ жизни здорового человека. Врачи говорят, что это возможно, просто сейчас нельзя упускать время».

«Серый, ты святой! — от восхищения у меня перехватило дыхание. — Я всегда знала, что ты особенный. Не уверена, что мой супруг был бы готов к такому самопожертвованию, да еще ради чужого ребенка. Не сомневаюсь, что вы со всеми трудностями справитесь – и еще кучу своих детишек нарожаете! Только не откладывайте: в этом вопросе тоже важно время не упустить, особенно женщине. Жена-то как на это смотрит?»

«Не знаю! — неожиданно нервно ответил Серега. — Как только определится, так скажет».

«Что значит „как определится“? — от недоумения я не заметила, что задаю откровенно бестактный вопрос. — Такие уникальные мужики, как ты, должны плодиться и размножаться, чего тут определяться-то?»

«Да речь не о том, хочет ли она еще детей, а о том, планирует ли рожать именно от меня», – Серега скомкал в руках салфетку и сжал ее так, что побелели костяшки пальцев.

Я замолчала, не зная, насколько уместно вообще продолжать этот разговор. Серый тоже молчал, сосредоточенно вертя в руках истерзанную салфетку. Наконец он заговорил, и от каждого его слова я буквально прирастала к стулу.

Наконец он заговорил, и от каждого его слова я буквально прирастала к стулу

«Мне, Наташка, повезло встретить женщину, которую я полюбил с первого взгляда и однозначно раз и навсегда. Это и счастье мое, и беда. Беда в том, что я ее люблю, а она меня… Говорит, что тоже любит, но, к сожалению, не только меня. Первые годы нашей жизни все было так хорошо, что даже страшно было: ну нереально же быть таким счастливым! Я скучал, если не видел ее больше часа, мне хотелось, чтобы она ежесекундно была рядом. И сына ее полюбил как родного. Мы строили планы, мечтали о дочке, и у меня просто крышу сносило от счастья.

А недавно я начал замечать, что Аня будто чем-то озабочена. Вроде все хорошо, но глаза у нее постоянно грустные, а то и вовсе на мокром месте. Да и похудела сильно, бледная стала, бессонницей измучилась. Я забеспокоился: может, думаю, болит что, а она скрывает? Нет, говорит, здорова. На работе тоже проблем нет, и в отношении Данилки врачи на позитив настраивали. Я с ума сходил от тревоги и изводил ее вопросами. И вот однажды она не выдержала, разрыдалась и рассказала, что влюбилась без памяти – и это взаимно. Счастливчиком оказался руководитель курсов иностранного языка: Аня решила подтянуть свой английский, записалась в группу, где они и познакомились. В результате, по ее словам, сложилась ситуация, когда оба мужчины, которые есть в ее жизни, ей одинаково дороги, и она не может сделать выбор.

И вот однажды она не выдержала, разрыдалась и рассказала, что влюбилась без памяти — и это взаимно

После услышанного у меня словно земля из-под ног ушла. Мы, мужики, все в отношении любимой женщины собственники, и я был уверен, что Аня только моя. А узнав, что это не так, не мог справиться с обидой. Я ведь за нее жизнь готов отдать, а она… Одним словом, настроение было таким, что хоть в петлю лезь. Но мы ведь не одни, у нас Данилка, и я не мог себе позволить дать волю чувствам, чтобы не навредить пацану. Если бы я психанул и хлопнул дверью (а желание сделать именно так на первых порах меня не отпускало), для Данилки навсегда была бы утеряна вера в добро. А стараться расположить ребенка к себе в ущерб его любви и уважению к матери я и мысли не допускал: Аня хоть и сделала мне больно, но мать она просто сумасшедшая, сына боготворит.

Ясно, что из этой двусмысленной ситуации все равно нужно выбираться, а не биться в эмоциях. Перемолов свою обиду, я понял, что Ане ничуть не легче, чем мне. Хотя бы потому, что для меня все ясно, а для нее – нет. Понятно же, что ее отношения с преподавателем не интрижка, а действительно нечто серьезное. Я ей тоже совсем не безразличен. Любить сразу двоих – это удовольствие весьма сомнительное. Когда первые эмоции улеглись, Аня попросила меня дать ей возможность разобраться в своих чувствах. Мне ничего не оставалось, как согласиться. Ты наверняка думаешь сейчас, что я не мужик, а безвольная тряпка. Наверное, со стороны это выглядит именно так. Но я люблю ее и своей жизни без нее и Данилки не представляю. Поэтому готов принять ее условия, лишь бы только она выбрала меня. Если Аня решит остаться со мной, клянусь, что никогда ни словом ее не попрекну. А пока жду, куда вся эта история вырулит. Сказать, что мне тяжело, – это ничего не сказать, но единственное, что мне остается, – ждать».

Я был уверен, что Аня только моя...

Комментировать услышанное, а уж тем более давать советы в этой ситуации – дело неблагодарное. Я ни разу не видела его жену, но, зная Серегу, понимаю, что он полюбил не пустышку, а хорошую девушку, которая просто изрядно запуталась в чувствах и очень от этого страдает. Я по натуре другая, мне этого не дано, но это не значит, что такого не может быть. Да и кто я такая, чтобы судить человека, не зная, что им движет?

Прошло минут пять. Серый молчал, у меня тоже не было слов. У него зазвонил телефон: менеджер автосалона сообщил, что его автомобиль готов. «Мне пора, – сказал он, поднимаясь из-за столика. — Безрадостная у нас какая-то встреча получилась, Наташка. Не знаю, с чего меня вдруг на откровенность прошибло – к чему тебе эта информация? Ладно, пошел я. Нашим всем привет передавай. И, пожалуйста, не делись ни с кем моими личными проблемами. Пусть это останется между нами, ладно?»

«Не сомневайся, – сказала я. — А я не сомневаюсь, что она выберет тебя. Будь счастлив, Серый!»

Он махнул мне рукой и пошел к выходу, но я успела заметить, что мои слова прозвучали для него не просто дежурным напутствием: пусть немного, но они добавили ему веры в свое счастливое завтра.