Личный опыт: как построить империю красоты, не имея поддержки

Наша героиня создавала бизнес в косметологии, когда еще никто даже не знал, что такое пилинг.

Каждую неделю в спецпроекте «Женское дело» мы знакомим вас с теми, кто не побоялся рискнуть и запустить собственный бизнес. Для успешного проекта мало иметь одну мечту. Важно разбираться в той сфере, в которой вы хотите создать дело, трезво оценивать свои шансы и быть в курсе скрытых опасностей. О том, как создавался бизнес с нуля и с какими подводными камнями пришлось столкнуться, расскажут участницы нашего проекта.

Героиней этой недели стала Елена Байбарина — врач-дерматолог, косметолог высшей категории компании Merz Aestetics. Основательница многопрофильной Клиники Елены Байбариной.

Фото
Роман Кузнецов/Wday.ru

Досье

Елена Байбарина, 49 лет.

Работа: преподаватель Школы профессора Юцковской в Москве. Член Экспертного совета России по ботулинотерапии, контурной пластике и нитевому лифтингу. Член Экспертного совета «МедФарма». Внештатный эксперт Росздравнадзора по косметологии в Воронеже и Воронежской области.

Бизнес-проект: многопрофильной Клинике Елены Байбариной в этом году исполнилось 10 лет. Медицинский центр оказывает услуги по дерматологии, косметологии, диетологии, коррекции фигуры, трихологии и экспертизе качества оказания услуг. На базе клиники работает обучающий центр «Профессионал» по подготовке и повышению квалификации медицинских работников по специальностям «косметология» и «сестринское дело в косметологии».

– Елена, когда и почему вы решили стать врачом?

– Когда бабушка умерла от рака, мне захотелось получить медицинскую профессию и помогать людям. В 1988 году поступила в медакадемию — без труда и чьей-либо помощи. Поработав в интернатуре помощником доктора-кардиолога, поняла, что нужно что-то менять. Меня всегда интересовали уход за кожей и сохранение молодости, но специальности «косметология» тогда не существовало, поэтому все думали, что я стану пластическим хирургом. Следуя своему предназначению, я пошла на переподготовку, окончила курсы физиотерапии, а потом дерматовенерологии. Мой первый муж выписывал журнал «Карьера и бизнес», и вдруг я абсолютно случайно увидела, что набираются студенты в группу по врачебной косметологии. Решение уехать в Москву пришло мгновенно. Семья была против, но я сказала, что еду учиться, — и все. Четыре месяца ежедневной практики и лекций без выходных… В Воронеж я вернулась дипломированным врачом косметологии. Подружки спрашивали меня с иронией: «Неужели нужно было столько учиться, чтобы давить прыщи?» Это была абсолютно новая специальность, никто в ней не видел перспектив. При словах «мезотерапия» и «химический пилинг» у людей округлялись глаза. Пришлось приложить много усилий, чтобы чего-то добиться. Прежде чем открыть свое дело, я три года работала у местного бизнесмена, он меня заметил и предложил стать главным врачом Института красоты. Делала все, начиная от строительства, составления бизнес-планов до лечения пациентов.

– Как пришли к мысли открыть свой бизнес?

– У меня были хорошая базовая школа, огромная практика и отсутствие страха перед трудностями. В одно удивительное утро проснулась и поняла, что больше не хочу идти на работу. Это был 2005 год. Неожиданно стало ясно, что я сама способна на многое. Уходила я в никуда, месяц обдумывала все, что хочу. В итоге запустила оптово-розничную торговлю по оснащению клиник медицинским оборудованием и косметическими препаратами. Я стала самым крупным дистрибьютером города Воронежа. Ездила в командировки по всему Центральному Черноземью, обучала контурной пластике, мезотерапии, химическому пилингу, ботулиническому токсину. На обучении и продажах я заработала начальный капитал.

– Какой была ваша первая клиника?

– Я открыла малюсенькое заведение в три кабинета. Помещение снимала в аренду. Все было очень скромно, но качественно. Кстати, это только у нас в России гонятся за дизайном. В Европе следят за простотой и чистотой. Там давно поняли, что в клинике главное — не интерьер, а профессионализм специалистов. Начинала я работать одна, потом присоединялись сотрудники, которые обучались у меня, но, набравшись опыта, уходили работать самостоятельно.

– Как вы к этому относились?

– Спокойно, но в плане бизнеса меня это многому научило. Дружеские отношения — это дружеские. А бизнес — это бизнес. Теперь я на три года заключаю ученические договоры. Если сотрудник уходит в течение трех лет, то по договору он компенсирует затраты на его обучение. Например, сотрудница пошла учиться на перманентный макияж, я за нее заплатила, но в ученическом договоре условие: уходишь от меня в течение трех лет — возмести мне стоимость обучения. Это нормально, это логично.

Вы поймите, я трачу свои деньги, чтобы приглашать ведущих косметологов России для обучения персонала, после чего провожу аттестацию и по ее результатам назначаю повышение квалификации. Те знания, которые они получают от меня на рабочем месте и на мастер-классах, — это все для них бесплатно. А если это приглашенный специалист, то его труд отмечается в ученическом договоре. Я же оплачиваю гонорар за авторский семинар, самолет, отель, питание.

Учатся мои сотрудники все время. У нас та специальность, которая не терпит простоя. Все развивается, техники меняются, появляются более совершенные препараты. Например, ботулинотерапия (техника омоложения при помощи инъекций. — Прим. ред.) 20 лет назад была совсем другой. Это небо и земля по сравнению с сегодняшним днем.

– А если уже оплатили учебу, а сотрудник не устраивает вас?

– Тут порой готов сам доплатить, лишь бы он ушел. Таких я отправляю с Богом. Данные «специалисты» могут дискредитировать статус клиники. Мне этого не надо. Я на лекциях всегда говорю: прежде чем назвать клинику своим именем, подумайте очень сильно.

Фото
Роман Кузнецов/Wday.ru

У вас была финансовая или моральная поддержка со стороны близких?

– Нет. Косметология тогда считалась чем-то экзотическим, никто не воспринимал ее серьезно. Скептиков было очень много. Даже близкие говорили, что я напрасно это делаю, что проще работать на кого-то. Первый муж мне не помогал, но и не мешал. Он не верил в меня, считал так: «Сама брала кредиты, сама и выплачивай». Все говорили: «Ой-ой-ой, это никому не надо, никто никогда эти процедуры делать не захочет». Поэтому я приложила максимальное усилие для того, чтобы пациенты перестали бояться этих методик, чтобы они осознали безопасность и эффективность процедур. Я сделала большой вклад в развитие отечественной косметологии и косметологии города Воронежа. Не могу сказать, в какой момент появилось желание монетизировать увлечение, просто поняла, что самостоятельна. Могу создать ту команду, которая после моего обучения будет оказывать услуги на высоком уровне. Почувствовала в себе силы стать руководителем коллектива. Составление бизнес-плана, реализацию я взяла полностью на себя. Проходило все достаточно динамично, потому что к моменту открытия собственной клиники я уже провела определенную работу, были лояльно настроенные пациенты. Они понимали, что нужно идти именно к профессионалам. Может, они и были моими первыми помощниками?

– Большие были кредиты?

– Для своего первого кабинета и Центра оптово-розничной торговли брала кредит под 35%, других тогда не было. Сейчас у меня клиника в 200 квадратных метров, где шесть процедурных кабинетов, и это моя собственность. Здесь тоже присутствовали кредитные средства, но уже под меньший процент. Начинала только с косметологии (мезотерапия, биоревитализация, контурная пластика, ботулинотерапия, химические пилинги). Через десять лет существования клиники образовался многофункциональный центр.

На сегодняшний день у меня представлена косметология в полном объеме, причем даже в режиме малой хирургии (нитевой лифтинг), есть отделение «Коррекция фигуры», направление «Здоровый образ жизни», нутрициология — это оздоровление организма через здоровое питание и перестройку обмена веществ. Есть прекрасное направление по омоложению организма на клеточном уровне. Планирую сделать кабинет лечебной физкультуры. Не фитнеса, а именно лечебной физкультуры. У меня много ровесниц с больными суставами и позвоночником, особенно эти проблемы обостряются при похудении. По себе знаю, так как за год похудела на 15 кг.  

– На что потратили первый заработанный рубль?

– На подарки близким. Для меня это было очень важно. Во-первых, доказала себе, что могу. А во-вторых, люблю, когда доставляю положительные эмоции родным. Кстати, вспоминаю, как на первую стипендию купила себе французские колготки со стрелкой, маме помаду Dior, а сестре — крем для депиляции Bocage. А в дело (на развитие) вложила свой первый доход, купив два лазера стоимостью квартиры в Воронеже и машину.

– Как на ваш бизнес повлиял кризис?

– Для многих самоизоляция, связанная с коронавирусом, стала совсем плохим известием. Я тоже пережила стресс, когда услышала: «Завтра не выходите на работу». А у меня ведь есть текущие платежи, я должна заплатить за коммунальные услуги, налоги, от которых меня никто не освободил, зарплату сотрудникам. Стресс у меня длился неделю-полторы. Заприте трудоголика дома, и вы узнаете, что этого никогда делать не надо. Я действовала на нервы всей семье, пока меня не включили в вебинары. Я освоила это новое направление, начала читать онлайн-семинары за гонорар. Специалистам надо выходить в прямые эфиры, отвечать на вопросы пациентов. Теперь лекции и общение стали доступны, для этого не нужно ездить в командировки по всей стране, как раньше.

– Какой должна быть подушка безопасности для таких сложных периодов?

– Если иметь мощную подушку безопасности, тогда бизнес не может быть развивающимся. Ты же все время вкладываешься. Многие считают, что «красивый» бизнес высокорентабелен. Все сильно ошибаются. Здесь очень высокая затратная часть: препараты, дорогая работа сотрудников-профи, постоянное обновление оборудования, техническое обслуживание. Если считать «подушку» на полгода, то в загашнике нужно держать 30–35 млн рублей. Это чтобы ты выжил безубыточно, сохранил бизнес и семье было на что поесть.

– В чем нужно хранить деньги про запас — в долларах, бриллиантах, золоте, недвижимости?

– Я тот еще хомяк, держу склад аппаратов. Мало ли что. Я всегда должна с чем-то работать. Вот закрыли сейчас границы, поставок нет, нитей нет, которые я люблю. Слава богу, они есть у меня. Склад препаратов должен быть рассчитан на полтора-два месяца. Такие форс-мажорные ситуации не первый раз, однажды евро до 100 рублей подскочил. Если бы не запасы, я бы всех пациентов растеряла с тем прайсом, который мне выдвигали. Я бы прогорела, если бы не была хомяком. С другой стороны, могу честно признаться, что никогда не была сильно зависима от материальных средств. Денег должно быть столько, чтобы ты не думала об их нехватке. Превращать доход в основную составляющую своей жизни — это погоня за золотым тельцом. Гнаться можно сколько угодно, вопрос в том, принесет ли это моральное и физическое удовлетворение.  

– Какие самые большие риски в косметологическом бизнесе?

– Не нужно ориентироваться на окупаемость оборудования, которую тебе предлагает продавец. Он всегда расписывает радужные мечты, что ты прямо завтра окупишь этот аппарат. Нет! И еще никогда нельзя покупать оборудование, чтобы привлечь клиентуру. Только современной аппаратурой невозможно ее привлечь. Надо сначала «заработать» постоянную клиентскую базу, изучить ее потребности (а в разных регионах они различаются) и только тогда пополнять парк аппаратов. Тем более что оборудование стоит как самолет и его надо постоянно обновлять. Могу похвастаться, что у меня наиболее грамотно подобранная техника.  

– На рынке красоты большая конкуренция? Как с ней справляетесь?

– Доказывать свой профессионализм необходимо работой. Я никогда никому не завидовала, а до конкурентов нет дела. У меня своя дорога, по которой иду, а если начинаешь оглядываться по сторонам, то до цели дойдешь не так быстро. Конечно, встречаются люди, которые ведут себя некорректно, строят козни, но есть хорошая пословица «Собака лает, караван идет».

Фото
Роман Кузнецов/Wday.ru

– Как застраховать себя юридически? Кто-то пытался обмануть?

– Обмануть всегда кто-то пытается. Поэтому нужно просто понимать, какие документы ты должен оформить.

1. Обязательно патентовать свой торговый знак. Мне сейчас проще, у меня Клиника Елены Байбариной, и никто это название себе не возьмет. А ведь даже логотип пытались украсть.

2. Страховать оборудование. Обязательно. Недавно у моей подруги залило клинику. Вода испортила лазер стоимостью 10 млн. В косметологии не бывает недорогостоящего оборудования. Это как с машиной: на «Запорожце» тоже можно ездить, но качество поездки будет не очень хорошим. Я всегда говорю коллегам: «Прекратите сусальным золотом стены покрывать, купите лучше хорошее, качественное, дорогое оборудование».

3. Правильно вести медицинскую документацию. Не забывайте, что вы работаете в клинике. Вы не «косметичка» и не бытовые услуги, вы — медицина. Это много документов: договоры, памятки, соглашения. Пошли в медицину — будьте добры, учитесь педантизму.

4. Следите, чтобы были правильно оформлены все договоры с сотрудниками и договоры наймо-материальной ответственности. Сотрудники должны понимать, что они несут материальную ответственность за дорогостоящее оборудование, на котором они работают.

5. Правильно оформляйте ученические договоры, договоры о повышении квалификации. Это подстраховка для предпринимателя. Иначе многие тяжело переживают уход специалистов.

– Елена, какие проверки у вас бывают?

– У нас они регулярные от Роспотребнадзора. И раз в три года проверяет Росздравнадзор. Бояться их не стоит. Если соблюдаются все стандарты, то вам ничего не грозит. Я девочкам всегда говорю, что у меня частенько бывают внутренние проверки от меня лично, чтобы быть готовой к внешним. Не заполнила карту — штраф. Я эксперт Росздрава по косметологии, мне проще, я все это знаю. Кстати, сейчас есть постановление от 3 апреля, что до конца 2020 года все проверки малых и средних предприятий запрещены.

– Пять принципов, на которых строится ваш бизнес? К чему вы пришли лично?

Командная работа. Нет команды — нет работы. Один должен подстраховывать другого. Пациенты приходят в первую очередь в клинику, а не к доктору, поэтому все сотрудники у нас взаимозаменяемые.

Обучение. Все кадры постоянно повышают квалификацию.

Качественное оборудование. Работать нужно только с проверенными на клиническую безопасность препаратами и аппаратами. Необходимо соблюдение стандартов и качества услуг.

Системный подход. Это медицина! И пациентам нужно объяснять, что уход за собой подразумевает систему. Это не значит, что клиент должен приходить к вам бесконечно, нет. Но это работа двух человек. Только команда «пациент — доктор» может привести к успеху.

Отсутствие конфликтов в коллективе. У меня отношения не выясняют, друг друга не подсиживают, интриги не плетут. Я долго эту атмосферу создавала, поэтому серпентарий не потерплю.

Фото
Роман Кузнецов/Wday.ru

– Что посоветуете своим коллегам по бизнесу и тем, кто только планирует открыть свое дело?

– Развивайте интернет-магазины, продавайте косметику для домашнего ухода, смотрите вебинары. Бизнес красоты переживает не совсем легкие времена. Но мне повезло, мое помещение не в аренде, у меня есть дополнительный преподавательский заработок в виде вебинаров. И лайфхаков по сокращению расходов я не подскажу. Не знаю, как можно сэкономить на зарплате сотрудников: я сохранила все кадры, сокращений не было.

Еще Сократ сказал: «Занимайтесь любимым делом, и вы ни минуту в жизни не будете работать». Поэтому огромное счастье, когда ты любишь то, что делаешь. Когда для тебя это не обязанность и не рутина, а именно любимое дело. Тогда работа воспринимается гораздо лучше. Если вы ничего не меняете, можете многое упустить. Но сегодня начинать какие-то бизнес-проекты, касающиеся офлайна, — это не совсем правильно. Рассмотрите онлайн. 

– Как вы отдыхаете? Что для женщины важнее всего?

– Я пять лет была без отпуска, сейчас пересматриваю эту позицию. Отдыхать надо. Даже небольшой перерыв возвращает тебе ясность ума. Если держать себя в постоянном напряжении, это может привести к тому, что начнешь неправильно принимать решения. Если ты превращаешься в беспробудного трудоголика, то становишься заложником собственного бизнеса. Для женщины важно все: семья, дети, реализация. Нужно уметь соблюдать баланс во всем и не лишать себя общения с родными ради работы. А еще для любой девочки очень важна ее внешность. Нужно подходить с утра к зеркалу и радоваться. Отдохнувшая красивая женщина — это всегда счастливая мама и жена. И одна из составляющих моей работы — помогать ей быть неотразимой. 

Фото
Ульяна Наурзокова/Wday.ru

Комментарии

3
под именем
  • Топ
  • Все комментарии
  • Выглядит на свои 49 и даже старше просто очень ухоженное лицо. Не зря говорят, что омоложение это не только лицо, а всё тело: шея, осанка, вес, формы тела. А тут тётечка с толстыми плечами, с возрастными изменениями тела: обабившаяся фигура, одежда для 50+, туфли для 60+. Да, лицо очень ухоженное, кожа в хорошем состоянии. Но выражение лица очень взрослой женщины. В общем, надо в комплексе работать.
  • Сильная леди!
  • Героиня мега-мозг! Интересно было почитать об обучении персонала и оформлении ученического договора.